Семен Данилюк - Мужские игры

И вот теперь подле Забелина сидела щуплая девчушка с прыщавым, плохо припудренным носиком и, непрерывно оправляя коротковатый джемперок, стеснительно признавалась, что все это сотворила она.

- Что ж вас Онлиевский-то отпустил?

- Сама ушла.

- Почему?

- Это важно? Впрочем, если хотите... АИСТ, завладев компанией, начал массовые увольнения.

- Ну и что?

- Этого не надо было делать. Я подготовила записку. Экономически сокращений можно было избежать. Чуть сложнее, правда... Меня не приняли.

- Не понимаю. Вы - аналитик. Вы свою работу сделали. При чем тут сокращения?

- Не по-божески это было.

- Однако оригинально. А то, что государство за счет ваших хитрушек потеряло несколько сот миллионов, - это по-божески?

- Да, вы правы: это тяготит. Но это иное. Не мы, так другие бы. Конкретные люди в правительстве ждали, кто им больше заплатит, чтоб обокрасть государство. Онлиевский больше украл, потому что больше заплатил. Но потом он начал обижать беззащитных. И значит, поступил против правды.

- Несколько причудливо, но канва понятна. - С таким неприкрытым ханжеством Забелин давно не сталкивался. - То есть вы идейный, так сказать, борец за правду на приватизационном фронте?

- Нет. Я работаю за деньги. И работа моя должна хорошо оплачиваться.

- Хорошо - это сколько?

- Много. Сейчас мне нужно сто двадцать тысяч долларов. Расчет, само собой, по результату.

- Почему именно?.. - Забелин поразился и астрономической сумме, и ее точности. - На коттеджик?

- Мне надо. Владимир Викторович сказал, что вы согласитесь.

- Силен он говорить. Юля, а вы замужем?

- Здесь все обо мне. - Нахмурившись, она вытащила из сумки и протянула дискету. - Вы ж все равно проверять будете. Так жду звонка?

- Вот что. Вы ведь к центру? - Что-то самое важное в странной посетительнице оставалось непонятым. - Подождите немного в приемной. Я вас подброшу. Заодно и поговорим поподробней.

- Надеюсь, это нужно для дела. - Было заметно, что вопрос о замужестве ее встревожил.

- Исключительно для дела.

"Кому ж ты для другого-то нужна?" - опасаясь быть пойманным на этой мысли, Забелин кисло улыбнулся.

После ее ухода он, поласкав пальцами полустертые кнопки электронного блокнота, извлек-таки старый, подзабытый файл и, не отрываясь от него, набрал телефонный номер.

- Налоговая полиция России, - ответил задеревеневший женский голос.

- С полковником Осиповым можно соединиться?.. Скажите - Забелин.

Через некоторое время послышалось осторожно-удивленное:

- Какие люди! - И - без паузы: - У меня тут совещание.

- Тогда о главном. - Старый опер задал тональность, и надо было под нее подстроиться. - Нужна помощь - хочу своего человечка внедрить в один НИИ под крышей налоговой инспекции.

- Какой там у нас счет был, два-ноль в мою пользу? - припомнил полковник.

- Вроде так.

- Ладно, как не порадеть родному человечку? Будет три-ноль.

- Нет проблем. - Повесив трубку, Забелин сделал пометку: в понедельник придется добавить к двум тысячам долларов на счете полковничьей жены еще одну.

Раздался телефонный звонок, и одновременно без стука вошел Дерясин.

- Стар! - закричала трубка голосом Макса. - Я по тебе соскучился.

- Как добрался? - Забелин постарался показать, что он не один. Но, как обычно, это не подействовало.

- Старый, не поверишь! В час ночи приполз. Провожал Наташку. Какой же она осталась чистой. Мы с тобой просто-таки жизнью искрошены. А она - удивительная. Будто и не было всего этого.

- Макс, я не один. - Он остановил сделавшего движение к двери Дерясина.

- Слушай, мы с ней на тротуаре, на заблеванном тротуаре "сухаря" на двоих раздавили.

- Максик!

- Погоди! Только представь! Ты поразишься, но она все еще верит в добро. Жить здесь - и верить! Фантастика! Но не хочет простить. Может, ты порадеешь? Да, поздравь, я теперь зам Мельгунова и начальник управления ценных бумаг института. Дослужился до степеней известных. Думаю, управление в департамент переименовать. Солидней. Теперь насчет вашей стычки...

- Макс! Заткнись же, наконец! Мне как раз надо с тобой увидеться. В теннис еще не разучился стучать?

- Мальчишка! Да я тебя одной левой! - Флоровский был левша.

- Тогда через два часа в теннисном клубе ЦСКА на Ленинградском. До встречи!.. - Забелин положил трубку. -Что, Андрюш?

- Вы что, Янку берете?

- Не выгонять же.

- Воля Ваша. Просто Клыня теперь просится. Вы ж знаете, втюрился он в эту кошку.

- И что думаешь?

- Он-то в теме. Обузой не станет.