Дочь Шидзуко

УРОКИ ДОМОВОДСТВА

(ноябрь 1973)

Варить рис было поручено Юки. Сначала она промывала сырые зерна в кастрюле с холодной водой, повторяя эту операцию ровно двадцать пять раз. От рисовой шелухи вода мутнела. Затем, слив мутную воду в последний раз, Юки отмеряла в кастрюлю нужное количество чистой воды — уже для варки. Другие девушки из ее группы чистили и резали овощи, управлялись со стручками зеленого перца, выбрасывая в мусорное ведро семечки и белые пленки. Как обычно, ее группа была самой нерасторопной — у остальных пяти команд рис уже варился, и все овощи были порезаны, как надо. «Передовики» готовили кляр для темпура 5и разогревали масло во фритюр- ницах.

Урок домоводства проходил перед перерывом на ланч, девочки под руководством учительницы, госпожи Сакаки, сами себе ланч и готовили. Ели здесь же, в учебном кабинете, превращенном в кухню. У них оставалось еще время помыть посуду. Затем они спешили на пятый урок — биологии.

Сегодня на пятом уроке им предстояло резать лягушек. При одной мысли об этом Юки начинало мутить. Она хотела увильнуть от этого малоприятного занятия и накануне поговорила с преподавателем биологии, господином Вадой.

— Я не хочу резать лягушек, — заявила она.

— Почему? Боишься?

— Нет, не боюсь. Просто это бессмысленно. Зачем залезать внутрь чего-то, если знаешь, что там. Вот, посмотрите, — Юки раскрыла учебник с цветным фото и подписью под ним: «Лягушка в разрезе». — Вполне ясно, как устроен ее организм.

— Но ведь ты в прошлом году резала дождевого червя и устрицу, — заметил господин Ва- да. — И никаких проблем у тебя не возникало. И тогда были живые существа, а лягушек мы вам дадим мертвых.

— Дело не в этом. Я считаю, что и в прошлом году мне не следовало резать этих тварей.

— Но почему же?

Юки не нашла, что ответить. Она вспомнила устрицу, ее раковину размером с циферблат наручных часов. Створки раковины она открыла легко, словно разбирала несложный механизм, который так же легко собрать. Сам же моллюск был мокрым и мягким, местами он уже разлагался и издавал неприятный запах. Юки разрезала его на тонкие полоски.

— Мне всегда казалось, что школьникам нравится заниматься вивисекцией, — заметил господин Вада. — Поначалу многие, конечно, испытывают брезгливость, но потом втягиваются.

Теперь Юки вспомнила, как аккуратно, напополам разрезала она червяка. В нем была даже некоторая красота.

— Вот это как раз и неприятно, когда испытываешь радость от вивисекции. Дело не в живодерстве. Я считаю: нельзя что-то вскрывать, вытаскивать наружу и получать от этого удовольствие.

— Очень жаль, что ты, уже старшеклассница, не интересуешься научным процессом. Лично для меня процесс познания стоял всегда на первом месте. Ты меня разочаровала. Я ведь всегда считал тебя хорошей ученицей.

Юки предпочла отмолчаться.

— И все же на лабораторную работу завтра изволь прийти. Не придешь, лягушку резать будешь сама, без моей помощи.

Учитель вышел из класса, не оставив Юки выбора. И вот сегодня она все утро думает о предстоящем уроке биологии. Даже аккуратные кусочки зеленого перца напоминают ей лягушек.

Госпожа Сакаки остановилась у стола их команды.

— Что-то вы закопались, — сказала она. — Юки, зачем у тебя рис мокнет? Поставь его на огонь.

Юки поставила кастрюлю на газовую плиту, но с первой спички зажечь ее не смогла. Она старалась не дышать, чтобы не чувствовать отвратительного запаха газа. Ее замутило.

— Нужно подносить спичку ближе к конфорке. Разве я тебе не говорила об этом?

Юки сделала вид, будто не слышит ее.

— Огонь слишком сильный, убавь его. Я с тобой разговариваю, Юки! — госпожа Сакаки повысила голос, чтобы слышал весь класс. Несколько девочек оторвались от своих дел и с сочувствием посмотрели на Юки.

Впервые класс собирался на урок домоводства почти два месяца назад — в сентябре, в начале второго семестра. Тогда госпожа Сакаки разделила его на шесть групп и стала учить девочек печь кексы. У группы Юки кексы сразу же не заладились: тесто переливалось через края углублений формочек и растекалось по всей духовке. Все это девочки наблюдали через стеклянную створку плиты, а Юки тут же достала свой альбом и принялась зарисовывать убегающее тесто. Она уже почти закончила свой шедевр, как подоспевшая госпожа Сакаки выхватила формочку из духовки.

— Как же можно быть такой безответственной? Заляпала и форму, и все кругом! — учительница почему-то обращалась не ко всем в группе, а только к Юки.