Наталья Кулагина - Ого, индиго!

– Привет, старик!

– Сэлютерэ!

– Ты написал глобальный план покорения Вселенной? Где новые герои нашего времени? Эволюционные Буратино, рожденные на радость людям! Гиперзакаленные Дюймовочки, которые не падают в обморок при виде первого же жука? Уникальные маленькие принцы, не страдающие приступами потери во времени и пространстве. Где они – новые боги? – Кеша веселился. От его веселья волшебство Ильи сбежало в форточку, словно дым. Настроение сказки было утрачено безвозвратно. А вместе с настроением – первое слово, смысл сказки. Все, совершенно все Илья забыл. Файл был прописан в подсознании, но прочитать его можно было только при определенных условиях.

– Ты прав, Кеша! Кроме Буратино с ключиком, надеяться больше не на кого. Нас никто не спасет. Никто не пройдет испытания. Не найдет Дверь. Новых героев нет. А старые давно умерли. – Илья вздохнул. Мысль, сюжет, энергия новой сказки покинули его. «Забросил старче невод. Ничего не выловил старче».

– А как твоя девушка? – ехидно любопытствовал Кеша. – Хранишь верность незнакомке?

– Дурак, ты Кеша. С радио и то интересней разговаривать. Оно иногда отвечает в тему. Девушка – сигнал с моей планеты! Только рядом с ней я могу вспомнить что-то важное о себе.

– Расслабься, старик! Чего ты о себе не знаешь?

– Моя жизнь похожа на жизнь пациента психиатрической клиники. Клею конвертики, принимаю лекарства, гуляю по заданному маршруту и, к радости врачей, не вспоминаю о своем мятежном революционном прошлом. Меня радует вишневый сад, тапочки и книжный шкаф. И мне кажется – это я и есть. МОЯ НАСТОЯЩАЯ ЖИЗНЬ. Но тут появляется она и все переворачивает вверх тормашками. Воспоминание о ней живет в тех клетках мозга, которые не смогли стереть ни врачи, ни таблетки. Встреча с ней – моя личная революция. Взрыв мозга. Только рядом с ней я вспомню важную тайну, которая нас объединяет. У нас одна матрица души. Но кто эту матрицу программировал? Где начало этой дикой истории? Она включила меня, как включают свет – и ушла! Исчезла! Это несправедливо! Я пройду весь город! Загляну в каждый угол. Найду ее и спрошу, что все это значит! Поверь, наших, не сошедших с ума, в более-менее адекватном состоянии, здесь не так много. Их почти нет. И встреча с каждым – огромная радость.

– Кого ты называешь «нашими»?

– Людей с моей планеты!

– Вот тебе и сказка! Пиши! – просиял Кеша. – То, что нужно! Старику понравится!

– Не хватает характера, персонажа, героя! Я ловлю мысль, но она ускользает. «Забросил старик невод третий раз, выловил старик золотую рыбку». – Илья растерянно развел руками и стал похож на ребенка за шахматным столом.

Фея – вечная бродяга. С сумочкой-рюкзачком. Где хранится все самое необходимое.

Юбки всех красок и расцветок. Расческа и истории для всех на свете. Фея может заглянуть в будущее и подготовить для него героя.

Она излечит старые раны. Она будет петь и ругаться матом. Если это принесет облегчение.

По характеру она игрок. Клин клином вышибает. И не сделает ничего во вред.

Сама искупается в любви, которую извлекла на свет божий.

Она умеет быть счастливой. Умеет утешать и не стесняться показывать свои слабости. Плачет — от несправедливости. И обладает редким даром — хранить добрую память.

Она обаятельна. Рот – до ушей. Модница и задира.

Она видит слабые места. И из хрупкости выуживает силу. Из хамства — искренность. Из молчания — непосредственность.

Старичок знал жизнь и людей, которые его окружали. ЧТОБЫ ПОБЕДИТЬ – ЗНАЙ, КАК МЫСЛИТ ТВОЙ ВРАГ. Только недавно он научился не удивляться наивности людей, ее можно было сравнить лишь с наивностью коротышек из Солнечного города. Они верили всему. Посредством внушения можно было творить чудеса, вложить в коллективное бессознательное любой бред и повернуть колесо истории в любую удобную сторону. Старичок сам не заметил, как заигрался. Он отключил Землю из эволюционного потока и не забывал первый космический завет «КАЖДОЕ ЖЕЛАНИЕ ИНДИГО ИСПОЛНЯЕТСЯ В НАЗНАЧЕННЫЙ СРОК».

Старичок знал еще один закон счастливой жизни – подсознание не умеет шутить. На столбах развешивал символы счастливой жизни, наполненные пустотой – силиконовая грудь, силиконовые губы, автомобили красного цвета. Искусственная душа не испытывала боли. Страдание в его мире было запрещено.

Днем в ночном клубе было пусто. Уборщицы, как тени летучих мышей, появлялись в самых неожиданных местах, а декораторы-электрики меняли свет перед началом вечерней содомии. Женщина, похожая на надзирательницу в женской тюрьме, устроилась перед самой сценой, на которой проходил загадочный кастинг. Динка на сцене дрожала от волнения и слушала задание, пытаясь в странном бреду уловить капли здравого смысла.