Наталья Кулагина - Ого, индиго!

– Мир – безумен. Кровь в телевизоре давно заменяет борщ или клюквенный сок. Говорят,настоящая кровь в кино выглядит неубедительно. Представь, насколько неубедительно в телевизоре выглядит настоящий человек. Мы – сны. Иллюзии. Тени. Фантомные боли. Смирись.

– Ты записалась в философский кружок? Убеждаешь себя наконец выйти замуж или уйти в монастырь?

– Не поверишь. Я совершенно спокойна. В монастырь я могу попасть ради сбора материала в газету под условным названием «Секс в монастыре». Не смейся, не улыбайся. Оказывается, самый главный вопрос, который мучает социально успешных людей со средним уровнем заработной платы, «Мечтают ли монашки о сексе?». Меня не раз пытались заслать с подобной темой куда-нибудь в глушь. Рубрика «Один день из жизни репортера». Но я не проходила фэйс-контроль у главного редактора.

– И что?

– Дина, и ты туда же...

– Ну пожалуйста...

– Представь себе, да!

– Я так и знала... И что же теперь делать?

– Жить! Не надо изменять этот мир. Он и без нас слишком безумен. Мир – цирковая арена. Мы – массовка. Кастинг – есть кастинг. Каждый день прямой эфир. Сначала мне казалось, что я достойна главной роли. Теперь согласна на массовку.

И вдруг Динку прорвало. Слезы матери-одиночки без специальных навыков и работы покатились у нее по щекам.

– Я одна пропаду. Ксюха, выручай!

– Есть отличное место в секс-шопе. Я не шучу. В центре. Не работа, мечта.

Речной трамвайчик обогнал кораблик, на котором пели и танцевали пьяные менеджеры (зомби? ветрогоны?). Динка сжала кулаки и поклялась Майке выжить, чего бы ей это ни стоило.

Фея не жалостлива. Она просто предлагает немножко поиграть.

И играет до первой крови. Это и есть вкус настоящей жизни.

Феи иногда влюбляются в собственные творения. И долго этим болеют.

Они всегда преданы самым верным. Они ведут прямые репортажи из собственной головы. Чтоб никогда не оставлять любимых в совершенном одиночестве.

В жизни они появляются – будто невзначай. Мимоходом. Чуть более живой взгляд. И все. Знакомятся просто. Будто знали друг друга всю жизнь.

И сразу начинается балаган. Романтика студенческого общежития.

Когда все юные и свободные. Когда все еще впереди.

Настоящая фея умеет все. Раскачать. Заставить запомнить, как это было. Заставить дрожать. От любви к жизни. Она может смоделировать ситуацию, где подвиг — актуален. И даже подвергнуть человека смертельной опасности.

Все ради одного – чтоб он снова осознал себя.

Старичок изящными костяшками пальцев стучал по дубовому столу. Дело давало сбой и грозило затянуться. В городе происходила космическая утечка энергии и остановить процесс было невозможно. По понятным причинам эта информация тщательно скрывалась от средств массовой информации. Старичок, прикрыв глаза цвета замороженного неба, слушал Баха так внимательно, будто в этой музыке был прошит код тайного знания, ГДЕ ИСКАТЬ АГЕНТА. Агент был неуловим, не оставлял энергетических хвостов, обрывал все каналы связи и уходил от преследования сразу же после того, как фиксировалось новое излучение. Ситуация выходила из-под контроля. Солнечная энергия расходилась по городу, словно варилась в особом горшочке с кашей. Каша давно выползла из горшка и уже затопила полгорода. Но ни одно светило психологических наук не могло внятно рассказать, где именно и кто именно заварил подобную кашу. Старичок взглянул из окна на Москву-реку. По реке шли корабли. И вглядываясь в миллионы огней, остро осознал, что где-то среди них затерялось существо из другого мира, которое нужно вычислить, найти, обезвредить и перекодировать любой ценой. Старичок вновь прислушался к пространству, пытаясь вызвать волну «картинок в голове», только они могли рассказать правду о жизни. Именно в тот момент, когда все другие правды умрут. Но на внутреннем экране было пусто. Старичок следил за огнями и кораблями, как всегда улыбаясь своему тонкому стратегическому плану. Ему ли было не знать, что Индиго рано или поздно засветятся, растратят всю энергию и приползут к нему за помощью. Ему ли было этого не знать. На этот раз он выбрал лучшую форму борьбы – ожидание. Он знал, что агент выдохнется, разрядит свои батареи, отдаст миру последний луч солнца своей души и будет страстно ждать связного. «Связного не будет, – мысленно улыбнулся старичок. – Или, вернее, связным буду я». Агент в поисках энергии-питания, похож на волка-одиночку, который лишь в крайнем случае выходит к людям. «Этот тоже выйдет. Все выходят. Мимо меня еще никто не проходил. Я – король мира! Это моя планета. Посторонним вход запрещен!».