Джеффри Арчер - Дети судьбы

— Если Нат станет губернатором, ты потеряешь всякий интерес к работе. После всего, что вы пережили, возвращение в банк Фэйрчайлда — Рассела будет для тебя большим разочарованием.

— По правде говоря, я потерял всякий интерес к банку, когда Рассел слился с Фэйрчайлдом.

— Но ты скоро станешь председателем правления крупнейшего банка в штате.

— Только если Нат проиграет выборы.

Джулия отложила газету.

— Не понимаю.

— Нат попросил меня, если он их выиграет, стать у него начальником губернаторского персонала.

— Но кто тогда будет председателем правления банка?

— Разумеется, ты, — ответил Том. — Все знают, что ты лучше всех с этим справишься.

— Но банк Фэйрчайлда никогда не назначит женщину председателем правления. Он для этого слишком традиционен.

— Мы живём в последнем десятилетии двадцатого века, Джулия, и благодаря тебе почти половина наших клиентов — женщины. Что же до членов правления, не говоря уже о сотрудниках, в моё отсутствие большинство из них считает, что ты — уже председатель правления.

— Но если Нат проиграет выборы, он будет вправе ожидать, что станет председателем правления, а ты будешь его заместителем: в этом случае вопрос будет чисто академическим.

— Я не уверен, — возразил Том. — Не забудь, что Джимми Овермен, старший сенатор от Коннектикута, уже объявил, что на будущих выборах не будет добиваться переизбрания, и тогда Нат станет явным претендентом на его место. Кто бы из них ни стал губернатором, я уверен, что проигравший поедет в Вашингтон в качестве сенатора от нашего штата. Подозреваю, что через какое-то время Нат и Флетчер будут баллотироваться друг против друга на пост президента страны.

— Ты уверен, что я справлюсь с работой? — тихо спросила Джулия.

— Нет, — сказал Том. — Чтобы стать президентом, ты должна быть уроженкой Соединённых Штатов.

— Балда! Я имела в виду не пост президента страны, а пост председателя правления банка.

— Я это знал уже в тот день, когда мы встретились. Я только боялся, что ты не будешь считать меня человеком, который достоин быть твоим мужем.

— О, мужчины так медленно соображают! — воскликнула Джулия. — Я решила, что выйду за тебя замуж ещё в тот вечер, когда мы пришли в гости к Нату и Су Лин.

Том открыл рот, но ничего не сказал.

— Ах, насколько иначе сложилась бы моя жизнь, если бы другая Джулия Киркбридж решила то же самое, — добавила она.

— Не говоря уже о моей жизни, — сказал Том.

Флетчер взглянул вниз на приветствовавшую его толпу и с воодушевлением помахал ей. В этот день он уже произнёс в Мэдисоне семь речей — на улицах, на площадях, перед библиотекой, — но даже он был удивлён тем, какой приём ему оказали на последнем митинге в городской ратуше.

На огромном полотнище, протянутом над сценой, жирными красными и синими буквами было написано: «ПРИДИТЕ И ПОСЛУШАЙТЕ ПОБЕДИТЕЛЯ!» Местный председатель демократической партии сказал ему, что независимый мэр Мэдисона Поль Холборн оставил этот плакат после того, как на прошлой неделе в этом же зале выступил с речью Нат Картрайт. Холборн был мэром Мэдисона четырнадцать лет, и не за то его всё время переизбирали, что он безрассудно тратил деньги налогоплательщиков.

Когда, окончив свою речь, Флетчер сел, то почувствовал, как адреналин пульсирует у него в крови, а когда все стали стоя аплодировать, это была явно не та подготовленная овация, какая бывает, когда группа партийных подёнщиков вскакивает и начинает хлопать, едва лишь кандидат произнесёт последнюю фразу. В данном случае публика вскочила на ноги одновременно с такими подёнщиками. Флетчер только хотел бы, чтобы Энни была здесь и всё это видела.

Председатель партии поднял руку Флетчера и провозгласил в микрофон:

— Леди и джентльмены, представляю вам будущего губернатора Коннектикута!

И тут Флетчер впервые по-настоящему в это поверил. Согласно общенациональным опросам общественного мнения, на президентских выборах Билл Клинтон шёл вровень с Джорджем Бушем, а независимый кандидат Росс Перо подрывал шансы республиканского кандидата. Это должно было идти на пользу Флетчеру. Он только надеялся, что четырёх недель будет достаточно, чтобы восстановить равенство с Натом, который сейчас опережал его с преимуществом в четыре пункта.

Потребовалось полчаса, чтобы зал опустел, и к этому времени Флетчер уже пожал сотни протянутых рук. Удовлетворённый председатель партии проводил его до автомобильной стоянки.