Джеффри Арчер - Дети судьбы

— Спасибо, капитан, — сказал Эбден. — Ваша честь, у меня больше нет вопросов к детективу Петровскому.

— Вы хотите допросить свидетеля? — спросил судья, готовясь к ещё одному тактическому маневру.

— Да, безусловно, ваша честь, — ответил Флетчер; он остался сидеть, переворачивая листки своего блокнота. — Детектив Петровский, вы сообщили суду, что нашли на пистолете отпечатки пальцев моего клиента.

— Не только отпечатки пальцев, но и отпечаток ладони на рукоятке: это указано в отчёте судебной экспертизы.

— И вы также сказали, что, судя по вашему опыту, преступники часто оставляют противоречивые улики, чтобы надуть полицию.

Петровский кивнул, но ничего не ответил.

— Да или нет, капитан?

— Да, — сказал Петровский.

— Считаете ли вы, что мистер Картрайт — дурак?

Петровский поколебался, пытаясь сообразить, к чему ведёт Флетчер.

— Нет, я бы сказал, что он — очень умный человек.

— Считаете ли вы, что оставить отпечатки пальцев и отпечаток ладони на орудии убийства — это действия очень умного человека?

— Нет, но ведь мистер Картрайт — не профессиональный преступник и не рассуждает как профессиональный преступник. Непрофессионал часто впадает в панику, и тогда делает совсем элементарные ошибки.

— Например, роняет на пол пистолет, покрытый отпечатками своих пальцев, и выбегает из дома, оставив дверь распахнутой?

— Да, если учесть все обстоятельства дела, это меня не удивляет.

— Вы несколько часов допрашивали мистера Картрайта. Произвёл ли он на вас впечатление человека, который впадает в панику и убегает?

— Я возражаю, ваша честь, — сказал Эбден, поднимаясь со своего места. — Как может детектив Петровский ответить на этот вопрос?

— Ваша честь, детектив Петровский очень охотно высказал нам своё мнение об обычаях профессиональных и непрофессиональных преступников, так что я не вижу причин, почему он не может компетентно ответить на мой вопрос.

— Возражение отвергнуто, советник. Продолжайте.

Флетчер благодарно поклонился судье, встал, подошёл к свидетелю и остановился перед ним.

— Были ли на пистолете какие-нибудь другие отпечатки пальцев?

— Да, — ответил Петровский, нисколько не смущённый тем, что Флетчер близко подошёл к нему. — Там были отпечатки пальцев мистера Эллиота, но ведь это естественно, потому что пистолет принадлежал ему: он достал его из ящика своего стола, чтобы защититься.

— Но его отпечатки пальцев были на пистолете?

— Да.

— Вы проверили, были ли следы пороха у него под ногтями?

— Нет.

— Почему? — спросил Флетчер.

— Потому что нужны очень длинные руки, чтобы выстрелить в себя с расстояния в четыре фута.

Зрители засмеялись.

Флетчер подождал тишины и сказал:

— Но он, по крайней мере, мог сделать первый выстрел, когда пуля попала в потолок.

— Это мог быть и второй выстрел, — возразил Петровский.

Флетчер отвернулся от Петровского и подошёл к присяжным.

— Когда вы в первый раз допрашивали миссис Эллиот, как она была одета?

— На ней был халат; она объяснила, что, когда прозвучал первый выстрел, она спала.

— Ах да, припоминаю, — сказал Флетчер, возвращаясь к своему столу. Он поднял лист бумаги и прочёл: — «Когда миссис Эллиот услышала второй выстрел, она выбежала из спальни на верхнюю площадку лестницы».

Петровский кивнул.

— Пожалуйста, ответьте на вопрос, капитан: да или нет?

— Я не помню вопроса, — сказал сбитый с толку Петровский.

— Только когда она услышала второй выстрел, она выбежала из спальни на верхнюю площадку лестницы?

— Да, так она нам сказала.

— И, стоя там, она увидела, как мистер Картрайт выбежал из дома во входную дверь. Именно так? — спросил Флетчер, повернувшись и глядя в упор на Петровского.

— Да, так, — подтвердил Петровский, стараясь сохранять спокойствие.

— Капитан, вы сказали суду, что среди экспертов, которых вы вызвали себе на помощь, был полицейский фотограф.

— Да, это — обычная практика в таких делах, и все фотографии, сделанные в ту ночь, были представлены суду в качестве доказательств.

— Да, были, — Флетчер вернулся к своему столу и высыпал на него кучу фотографий из большого конверта; он выбрал одну из них и подошёл к свидетелю. — Это — одна из тех фотографий? — спросил он.

Петровский внимательно разглядел фотографию и посмотрел на штамп на оборотной стороне.

— Да.

— Охарактеризуйте присяжным эту фотографию.

— Это — фотография входной двери дома Эллиотов, сделанная с подъездной дорожки.