Джеффри Арчер - Дети судьбы

Нат засмеялся.

— А когда? — спросил он.

— К-как можно скорее.

— Хорошо.

— Скажем, сегодня в т-три часа дня? Вряд ли в церкви будет много людей днём в п-понедельник.

— Собор Святого Иосифа, в три часа дня. До встречи, мистер Голдблат.

Как только Нат положил трубку, снова раздался звонок.

— Джо Стайн, — сообщила Линда.

— Джо, что нового?

— Я только что скупил ещё сто тысяч акций банка Фэйрчайлда, так что у меня двадцать девять процентов. Они идут по два девяносто: это меньше половины верхнего предела. Но тут есть одна проблема.

— Какая?

— Если вы не наберёте пятьдесят процентов к пятнице, вы попадёте в такое же трудное положение, в каком Фэйрчайлд был две недели назад, так что, я надеюсь, вы знаете, что делать дальше.

— Это станет яснее после того, как я сегодня кое с кем встречусь в три часа дня.

— Интересно! — воскликнул Джо.

— Видимо, так, — сказал Нат. — Но я сейчас не могу ничего сообщить, потому что не знаю, что произойдёт на этой встрече.

— Всё любопытнее и любопытнее. Ну, буду ждать новостей. Но что мне пока делать?

— До конца сегодняшнего дня покупать все акции Фэйрчайлда, какие можно. А перед тем, как биржа завтра утром снова откроется, мы ещё поговорим.

— Понятно, — сказал Джо. — Ну, так действуй, а я пока вернусь на своё место.

Нат вздохнул и попытался сообразить, зачем Марри Голдблат хочет его видеть. Он снова поднял телефонную трубку.

— Линда, соедините меня с Логаном Фицджеральдом: он у себя в нью-йоркской конторе.

— Ваша жена настаивает, что у неё — срочное дело. Она снова звонила, пока вы разговаривали с мистером Стайном.

— Хорошо, я сейчас ей позвоню, а вы разыскивайте Логана.

Нат набрал свой домашний номер и начал стучать пальцами по столу, размышляя, чего хочет от него Голдблат. Его размышления прервал голос Су Лин.

— Прости, что не сразу тебе позвонил, — сказал Нат. — Но Марри…

— Льюк убежал из школы, — сообщила Су Лин. — Со вчерашнего вечера никто его не видел.

— Вам звонят: на линии один — председатель Национального комитета демократической партии, на линии два — мистер Гейтс и на линии три — ваша жена.

— Сначала дайте мне председателя. Попросите Джимми подождать, а Энни скажите, что я позвоню ей позже.

— Она говорит, что это — срочно.

— Скажите, что я позвоню ей через одну-две минуты.

Флетчеру хотелось бы иметь больше времени, чтобы собраться с мыслями. Председателя партии он встречал только пару раз, в коридоре на партийном съезде и на приёме в Вашингтоне. Вряд ли мистер Брубейкер помнил эти встречи. И была ещё одна проблема — как к нему обращаться: «мистер Брубейкер», «Алан» или даже «сэр»? В конце концов, он стал председателем партии ещё до того, как Флетчер баллотировался в Сенат.

— Доброе утро, Флетчер. Говорит Ал Брубейкер.

— Доброе утро, мистер председатель, рад вас слышать. Чем могу?

— Мне нужно проговорить с вами с глазу на глаз, Флетчер. Не могли бы вы с женой прилететь в Вашингтон и как-нибудь вечером прийти к нам с Дженни на ужин?

— Охотно, — ответил Флетчер. — Какое число вы имели в виду?

— Как насчёт будущей пятницы, восемнадцатого числа?

Флетчер быстро просмотрел своё расписание. Днём восемнадцатого он должен быть на совещании лидеров партии; вечер у него был свободен.

— В какое время вы хотели бы нас принять?

— Восемь часов вас устроит? — спросил Брубейкер.

— Вполне.

— Хорошо! Итак, в восемь часов восемнадцатого числа. Мой домашний адрес — Джорджтаун, улица N, дом 3038.

Флетчер записал адрес под пометкой о совещании лидеров партии.

— Итак, буду очень рад увидеться с вами, мистер председатель.

— Я тоже, — сказал Брубейкер. — И, Флетчер, я бы предпочёл, чтобы вы никому не говорили о предстоящей встрече.

Флетчер положил трубку. Время будет поджимать, и ему придётся раньше уйти с совещания. Телефон снова зазвонил.

— Мистер Гейтс, — сообщила Салли.

— Привет, Джимми, какие новости? — весело спросил Флетчер, собираясь рассказать, что его пригласил на ужин председатель партии.

— Боюсь, неважные, — ответил Джимми. — У папы снова был инфаркт, и его увезли в больницу «Сент-Патрик». Я как раз собираюсь туда, но решил сначала позвонить тебе.

— Как он?

— Трудно сказать, пока мы не узнаем, что говорят врачи. Мама не могла ничего толком объяснить, когда со мной говорила, так что, пока я не побываю в больнице, я ничего не могу сказать.

— Мы с Энни приедем туда как можно скорее, — сказал Флетчер.