Ян Пужицкий - Великий Шу

Как-то вечером он сидел в «Черном Коте», самом дорогом ночном заведении самого дорогого варшавского отеля «Виктория». На паркете отплясывали иностранцы и столичный «хай-лайф». Кондиционеры, предупредительные официанты, «девушки», негромкая музыка и ледяная водка. Петр смотрел на зал без всякого любопытства, но ни в коем случае не осуждающе — эти люди установили свои законы, выработали правила и жили по ним, так что не ему их судить. Ему вообще никогда в голову не приходила мысль о необходимости переделывать действительность, если даже он ее и не принимал.

— Добрый вечер,— прервал его размышления чей-то голос.

Он повернул голову и не поверил собственным глазам. За столиком перед ним сидел Юрек Гамблерский. Шу почти забыл о его существовании и уж, во всяком случае, никак не ожидал встретить его здесь, поэтому он удивился до такой степени, что самым естественным образом, безо всякой игры спросил:

— Ты что тут делаешь?

Малыш взглянул на водку на столе и кивнул:

— Можно?

— Пожалуйста,— ответил Грынич.

Юрек налил себе рюмку.

— Вы все-таки должны признать, что этих вроцлавских клиентов я сделал, как хотел, — он опрокинул в себя водку и даже не поморщился.

— Но дело не в этом,— начал Петр.

— Знаю, знаю,— торопливо и очень невежливо прервал его Юрек.— Все я прекрасно понимаю. Только на моем месте кто угодно вел бы себя точно так же. Такие деньжищи как с неба свалились...

— Но если ты так все прекрасно понимаешь, то тогда зачем явился?

— Секундочку. Сейчас я все объясню,— Юрек разговаривал с легкой, но противной пьяноватостью.— Значит, так. Вы мне разрешаете выпить рюмку, а потом отказываете в следующей? Почему? Я что, с первой упился?

— А тебе хотелось бы упиться?

— А вы удивляетесь?

Шу надоел этот разговор, он беспомощно оглядел затемненный зал в надежде, кто бы его спас. В нише за столиком по ту сторону танцевального паркета сидели двое профессиональных игроков. Петр улыбнулся им, как добрым знакомым, и многозначительно подмигнул. Те тут же оживились.

Шу вновь повернулся к Юреку:

— Я тебе обещал показать несколько покерных штучек. Ничего больше. Ни о каком дальнейшем пьянстве речи не было.

— Вчера одного деятеля щелкнул. Из «Орбиса» [6] Польский аналог Интуриста. ,— похвалился Юрек. — Гладко все прошло. И в экстаз после этого, представьте, не впал.

— Браво. Я вижу, ты начинаешь в одиночку...

Юрек расплылся в ожидании дальнейших похвал.

— Пить,— докончил Шу.

— А кто после первой рюмки останавливается?! И в картах то же самое, те же законы. Вы сами это знаете лучше меня.

К их столику подошли покерных дел мастера.

— Так ты подписываешься? На сегодня?

— Ладно, ладно. Может быть, зайду. Попозже,— усмехнулся Шу..

Юрек проводил отошедших мужчин голодным взглядом.

— Покер? — спросил он с бестактной подозрительностью.

— Да. Только без тебя. С тобой мы квиты.

— Понятно. Я знаю, кем вы меня считаете. Ничтожеством. Полным нулем,— у Юрека настал момент пьяного самобичевания,— Но я вам еще докажу. Вы не думайте, я давно раскусил, что это за тайна покера, которую я вроде бы знаю и не понимаю. Надо иметь что-то в загашнике, когда садишься играть, какой-то крючок на противника: новый прием, крапленую колоду или деньги. У меня, конечно же, не такие руки, как у вас, но у меня есть деньги, которые я могу себе позволить проиграть. Я задавлю противника деньгами, — возбужденно орал Юрек.

Шу не удержался и фыркнул:

— Что ты называешь деньгами?

Исповедальный тон таксиста сменился на злобный:

— Есть, есть денежки, водятся, не волнуйтесь. И если я сяду играть, задавлю любого. Буду давать и давать под него. Тыщи. Я ему вскрыться не дам. Мне и карта не нужна, понятно? Вот эти ваши, сегодняшние, как они... по сравнению со мной?

— Эти? Ты уйдешь от них пустой через четверть часа, — холодно бросил Шу. — Да они с тобой и не сядут.

Молодой человек стал оглядываться по сторонам. В дальнем углу одиноко сидел Ярек. Небритый и грязный, он уже, видимо, много дней не выходил из запоя. Он уставился в одну точку отсутствующим взглядом, в котором навсегда застыла ненависть.

— Вы здесь всех знаете. Вот этот, например, играет?

Великий Шу повернул голову и только теперь разглядел бывшего владельца «порше». Шу весь внутренне собрался, но тут же понял, что сейчас Ярек вряд ли способен на какие-либо действия. Выглядел он жутко, поэтому Петр тут же успокоился и усмехнулся:

— Играет, вернее, играл. Теперь, как видишь, пьет. Боюсь, что из этого клинча ему не выйти.