Дуровъ - Все схвачено

– Пока все понятно. Я – щепочка, ты – Гумбольдт. Валяй дальше.

– А дальше – больше. Строительство будущего состоит из больших дел, средних, малых и вообще незаметных. Я знаю сегодня только результат. И сообщил его вам. И путь в общих чертах обрисовал: где бурно, где мели… А вариантов для достижения оного результата – немерено. Если вернуться к этой щепочке… Она может неожиданно попасть в водоворот, также неожиданно возникший. Ну, выберется она из него, пусть, но время потеряет… Или к берегу ручья придет мальчик, которого я не видал и предположить его появление не могу, и выловит эту щепочку, и выстругает из нее кораблик. И опять пустит в реку. Но это будет уже не щепочка, и моря этот кораблик достигнет гораздо позже… И так далее, количество сущностей близко к бесконечности. А вам надо пройти только тот путь, который вы уже прошли, о чем из нас двоих точно знаю лишь я. И нам это надо, потому что мы не хотим никаких коррекций нашего настоящего. Ну, и нашего прошлого, естественно. Они взаимосвязаны накрепко. И только я могу корректировать эту связь в режиме нон-стоп.

– Ладно, поверил… А почему б тебе не принести мне какой-нибудь учебник новейшей истории… есть же у вас там какой-нибудь Институт современной истории?.. и мы будем точно следовать событиям.

– А в некий день у Очкарика случится, к примеру, насморк, и он не сможет быть там-то в такое-то время. И кого-то куда-то, к примеру, не изберут. А изберут не того. А в учебнике про насморк вряд ли будет написано. Здоровье вождей было и есть секретом государства. Это просто пример навскидку. Придумайте лучше.

– Говно пример! Насморк Секретаря – пусть нашего, перспективного, мы на него, как говорится, ставим, и – судьба Истории… Рядом не лежит!.. И у нас проколов нет: кого надо, того и избирают.

– Лежит. Я не помню, издавался ли в данное время такой американский фантаст – Рэй Бредбери?

– Конечно! Отличный фантаст.

– Читали его рассказ «И грянул гром»?

– Это где кто-то на бабочку в прошлом наступил, а в будущем не того президента выбрали?

– В общих чертах – верно. Так вот, ни один учебник, ни одно фактографическое исследование, ни один историк эту бабочку в упор не увидит. Как вы понимаете, рассказ – притча. Бабочка – лишь символ ошибки в процессе. Пусть мельчайшей, копеечной, но последствия… Поэтому я и должен вести вас, как слепых. По камушкам.

– По каким камушкам?

– Это к слову. Анекдот такой был. Может, и уже есть. Идет Христос по воде аки по суху, а за ним так же идут его апостолы. Хорошо идут. Только апостол Павел то и дело проваливается под воду, выныривает, его вытягивают, запускают, а он – опять. Ну, Христос и говорит тихонько Петру, идущему сразу за ним: «Передай по цепочке: пусть этот Павел не выеживается, а идет как все – по камушкам…» Аналогия понятна?

– Чего ж непонятного – понятна… Ладно, Гумбольдт, ты меня заинтриговал, удалось. Сколько ты здесь будешь?

– Сколько надо. День, два, три…

– А эффект бабочки, пока ты здесь кукуешь?

– Этот эффект – красивая метафора. Ничего за три дня не случится… А, кстати, в чем причина такого интереса к моему… э-э… наличию?

– Причина проста: постараюсь завтра-послезавтра устроить тебе встречу с Очкариком.

– Это хорошо. Очкарик, на наш взгляд, именно тот человек, который должен стать номером один. Рано или поздно.

– Окстись, Гумбольдт! У нас номер один – Бровастый. Жив, здоров и уходить в отставку не собирается. У нас, знаешь ли, в отставку сами не уходят. У нас в отставку отправляют.

– Или выносят, – добавил Гумбольдт. – Вопрос терминологии… Я свое сказал и за базар отвечаю. Спасибо за понимание, Мужик. Где меня искать – знаете.

Голос Гумбольдта:

«Конец записи».

Соответственно – конец документа.

То есть разговор восстановлен по записи на диктофон, который Гумбольдт принес из своего времени. И Мужику о том скорее всего не сообщил.

И все. Точка! Кто такой Мужик – ни слова. Судя по его напористости и апломбу – из сильных мира того. А кто – ждите ответа…

Впрочем, к вышесказанному не относящийся, но полезный вывод напрашивается: Мужик в оговоренные два-три дня устроил Гумбольдту встречу с Очкариком. У Легата на все про все лежит в папочке сиротливый документ: «Запись второй встречи с Очкариком. Красная Река. Санаторий 4-го Управления». Ни даты, ни времени второй встречи. Первую почему-то скрывают… Только примечание перед текстом: «Расшифровка диктофонной записи». Судя по всему, опять работа Гумбольдта…