Аманда Проуз - История матери

– Ты говоришь несерьезно, Джесс! Ты слишком много выпила…

– О, я говорю серьезно! Каждое мое слово обдуманно! Ее плач, когда она просыпается, для меня пытка. Я хотела бы никогда не слышать ее. – Джессика сжала кулаки. – Я не знаю, кто она и почему появилась в моей жизни! Кто она, черт побери? Мне хотелось бы повернуть время вспять, когда только мы с Мэттом жили в нашем прекрасном доме. Когда я была счастлива! Я была счастлива! – Джессика ударила себя по бедрам, при этом у нее из глаз брызнули слезы. – Я не могу этого вынести. Не могу. И не могу сказать Мэтту, потому что он любит ее, и это тоже убивает меня. Я не хочу, чтобы он любил ее, я хочу, чтобы он просто любил меня. – Джессика упала на гальку как раз в тот момент, когда начался дождь. Ей было наплевать, что камни впиваются ей в колени, а под крупными каплями дождя волосы прилипают к лицу. – И я не знаю, что мне делать…

Опустившись на землю рядом с ней, Полли обняла ее.

– Все нормально, Джесс. Все будет хорошо. – Она крепко сжимала ее дрожащее под дождем тело.

– Как? Как, Полли? Мне кажется, я поставила на себе крест. Мне очень, очень грустно, и я не могу больше так жить. Я просто не могу. Все говорят, как мне повезло, что меня так поддерживают, но это не имеет значения, вообще никакого значения. Я схожу с ума.

– Шшшш… – успокаивала ее Полли. – Ты не сойдешь с ума. Мы найдем выход из положения, Джесс. Мы найдем способ все уладить. Я обещаю.

Они лежали бок о бок на гальке, не обращая внимания на разыгравшийся шторм. Полли, всхлипывая под дождем, крепко прижимала к себе подругу. Так, в слезах, они проговорили до самого утра, до тех пор, пока горизонт не окрасился розовым цветом восходящего солнца и море не успокоилось.

Над ними кружили птицы, с нетерпением ожидающие того момента, когда можно будет схватить трофеи, выброшенные штормом на берег. Подруги сидели на пляже, обхватив руками колени, при этом та и другая повторяла и прокручивала в уме то, что произошло прошедшей ночью. Откровения Джессики повисли между ними, как третий лишний, требующий к себе внимания.

– Как насчет кофе? – тихо спросила Полли. – Я забегу в бистро и прихвачу нам пару чашек, хочешь?

Джессика кивнула.

– С тобой все будет в порядке? Я недолго.

Джессика снова кивнула.

Вскочив с места, Полли смахнула с ягодиц прилипший песок. Вернувшись через четверть часа с двумя чашками горячего черного кофе, чему Джессика была очень рада, она заняла свое место рядом с подругой. Они долго сидели молча, пока Полли не почувствовала, что может выразить словами то, что крутилось у нее на уме.

– Как ты себя сейчас чувствуешь? – прошептала она.

Подняв голову, Джессика посмотрела на нее опухшими глазами и слабо улыбнулась.

– Чуть лучше и чуть хуже. – Она отпила глоток кофе, ощутив приятное тепло, смягчавшее саднящее от рыданий горло. – Лучше потому, что я поделилась с кем-то, и хуже потому, что мне стыдно оттого, что ты знаешь о моих чувствах.

Вздохнув, Полли кивнула.

– Мне кажется, это было очень смело с твоей стороны рассказать мне о том, что ты чувствуешь. Тебе было нелегко.

– Я была пьяна.

– Пьяная или нет, но ты набралась храбрости и рассказала об этом, мы можем попытаться исправить положение.

– Послушать тебя, так я похожа на сломанную вещь, например, на куклу с отломанной рукой или что-нибудь в этом роде.

– Я… Я думаю, что ты сломалась, Джесс, – едва слышно проговорила Полли.

Джессика пристально посмотрела на подругу.

– Не знаю, почему это случилось со мной. Не понимаю, как просто справлялись с этим моя мама и бабушка и все остальные, как им удается ощущать себя матерью, а я не могу и… не хочу.

– Не сердись на меня, – сказала Полли, – но я только что поговорила с Пазом по телефону.

– Ты рассказала ему? – Джессика тяжело дышала, думая о том, что Паз узнал ее страшную тайну.

Полли покачала головой.

– Нет, никаких подробностей. Только в общих чертах, самое основное, и он согласен со мной – ты не здорова, Джесс. Неделя на Майорке или крепкий ночной сон не излечат тебя. Тебе нужно обратиться к доктору и честно рассказать ему обо всем.

– Что подумает Мэтт? – Джессика выразила вслух то, что мучило ее.

– Зная Мэтта, могу сказать, что он будет только рад узнать, что происходит и что ты разобралась в себе. Он чтит каждое слово вашего брачного обета: в болезни и в здравии. Он любит тебя, он действительно любит тебя.

Джессика бросила взгляд на Полли.

– Он всегда твердит, что я сильная, что я способная и умная, и я не хочу, чтобы он бросил меня. – Зарывшись лицом в ладони, она снова заплакала.