Фэй Уэлдон - Расщепление. Беда

— Для чего ему приятельница? — возразила Сюзан. — У него же есть ты. А по каким болезням она доктор?

— По психическим.

— С чего это? У нас кто-то с ума сошел, что ли? Наверно, папа, надо же, таскает нас на такие спектакли.

— Она заставила нас пить декафеинированную коку, — припомнил еще одну обиду Джейсон. — Пусть катится куда подальше.

— А нетта?

— Здравствуй, Спайсер.

— Ты так долго не подходишь к телефону, — сказал Спайсер. — Я уже чуть было не бросил трубку. Я звоню из автомата. Послушай, по-моему, во всем Лондоне нет ни одной открытой лавочки, где можно купить жареной рыбы с картошкой. А я обещал детям.

— Не волнуйся. Переживут как-нибудь, — ответила Анетта. — Поужинают омлетом. Они все равно страшно устали. Спектакль им очень понравился, Спайсер. Но еще больше — доктор Рея.

— Это хорошо, — отозвался Спайсер. — Я никак не могу понять твоего антагонизма. И этих странных жалоб на ее мужа. Ты ставишь меня в крайне неловкое положение.

— У меня уже прояснилось в голове, Спайсер, — сказала Анетта. — Во время беременности выброс гормонов может вызвать самые странные ощущения. В книге «Накануне родов» написано, что на последней стадии беременности женщины иногда становятся очень сексуальными. И даже начинают читать порнографическую литературу.

— Бог ты мой! Неужели?

— Да. И наверно, у меня это просто от избытка нерастраченной сексуальной энергии: я вроде как бы воображала то, чего не было на самом деле. Ты уж меня прости, Спайсер.

— Я, когда вернусь, возможно, попрошу тебя написать это черным по белому своей рукой, — сказал Спайсер.

— Что именно, Спайсер? Что ничего не было на самом деле или что я прошу у тебя прощения?

— То или другое, а может, и то и другое, дорогая, — ответил Спайсер. — Или даже ни то, ни другое, лишь бы нам самим было все ясно. Надо признать, что Рея иногда бывает труднопереносима с этими своими рассуждениями про переходный кризис. Словом, я без рыбы и без картошки еду домой. Купить бутылку шампанского?

— Я думала, ты отказался от алкоголя.

— Ни в чем не следует перебарщивать, верно? К тому же шампанское — это совсем другое дело. Шампанское не считается.

— Чудесно! — отозвалась Анетта. — А как Рея нашла детей? В норме?

— Вернусь и расскажу, — ответил Спайсер. — Привезти тебе интересный видеофильм?

— Что за видеофильм?

— Фильм для последней стадии беременности.

— Ой, Спайсер, как замечательно! Ты в хорошем настроении? Возвращайся домой скорее! Я буду паинькой, вот увидишь.

— С пайсер, — сказала Анетта, — на бутылке остался ярлык, она стоит сто двадцать фунтов. С ума можно сойти!

Дети уже ушли спать. В камине горел огонь.

— Не будь такой рассудительной, Анетта. От наших счетов за телефон тоже можно с ума сойти. Ты без конца болтаешь с Гильдой.

— Прости, пожалуйста.

— О чем можно с ней так много разговаривать?

— О детях. О родах. О стиральных машинах. О разных хозяйственных делах.

— И потом, Анетта…

— Да, Спайсер?

— Твой муж ведь виноторговец.

— Я это знаю, милый, — сказала Анетта. — И преуспевающий.

— Виноторговцу, — пояснил Спайсер, — любая бутылка по карману. И сто двадцать фунтов — вовсе не сумасшедшая цена.

— Извини, Спайсер. Это я сумасшедшая.

— Глупенькая, — великодушно произнес Спайсер.

— Так приятно, что ты со мной и в таком отличном настроении, — сказала Анетта.

— Я в последнее время был сильно озабочен, — признался Спайсер. — Честно сказать, даже серьезно встревожен.

— Из — за денег?

— Да нет, из-за тебя и из-за того, что творилось у тебя в голове. Непонятно было, можно ли оставлять на тебя детей. Вот почему я хотел, чтобы их посмотрела Рея.

— Понятно, — сказала Анетта.

— Я старался как мог. Ездил всей семьей на разные увеселительные мероприятия, ну и так далее. Но ты была совсем не в себе.

— А в чем это сказывалось, милый? — спросила Анетта.

— Сколько уже времени прошло, как ты ничего толком не готовишь?

— Да, но ты же больше дома не обедаешь.

— Это еще не значит, что дети, бедняжки, должны кормиться готовой замороженной курятиной, — возразил Спайсер. — Впрочем, по словам Реи, дети вполне в хорошем состоянии.

— Я очень рада, что она так считает, — сказала Анетта. — Я доверяю ее мнению. Предупредительный залп полезен всем.

— Рея — специалист высокой квалификации, — заметил Спайсер. — Умная женщина, в юнгианском и в житейском смысле слова. Ее высоко ценят коллеги. К ее суждению прислушиваются в судах. Но поехать с ней куда-нибудь — не повеселишься. Мне не хватало тебя, Анетта. И спектакль был никуда не годный, смотреть неловко.