Жун Цзян - Волчий тотем

Ян Кэ тоже надел Хуанхуану ошейник, просунул поводок, тоже прорепетировал один раз. Две охотничьи собаки слушали приказы, в действиях их хозяев тоже не было изъянов.

Крупный отряд людей и лошадей с охотничьими собаками быстро ехал в непроглядной степи вслед за стариком Билигом в северо-западном направлении. Почти каждый человек вёл собаку, некоторые даже двух. Ветер дул с северо-запада, не мягкий и не жёсткий. Густые облака над степью так закрыли небо, что не было видно ни луны, ни звёзд. Вокруг была глубокая темнота, даже остатки снега под лошадиными копытами тоже были чёрные. Чень Чжэнь изо всех сил широко открыл глаза, но всё равно ничего не видел, как будто ослеп на оба глаза. Уже пробыло больше двух лет, и Чень Чжэнь много раз проходил по ночной дороге, но по такой тёмной ему не приходилось идти. Ему всё время хотелось чиркнуть спичкой и проверить, в порядке его глаза или нет.

Чень Чжэнь на слух приблизился к Билигу и тихо сказал:

— Отец, можете ли вы позволить мне включить фонарик в рукаве? Мне кажется, что у меня нет глаз.

Старик усмехнулся:

— Что ты, только попробуй!

В его тоне слышались напряжение и беспокойство. Чень Чжэнь не осмелился больше спрашивать, а слепо шёл вслед звуку лошадиных копыт.

Караван лошадей перевалил через верх склона, потом ускорил шаг, крупный отряд людей и лошадей идёт тихо и быстрыми шагами, не слышно шума и веселья женщин и детей, весь караван лошадей, как регулярная кавалерия, исполняет военную задачу. А на деле этот отряд только временно был составлен из разношёрстных воинских частей, включал в себя также старых и слабых людей, женщин и детей. А если степные молодые и зрелые бойцы на здоровых лошадях составят степную регулярную кавалерию? Чень Чжэнь почувствовал всеобщее распространение такой замечательной военной природы и военного таланта на всех монголов. «Всеобщее вооружение народа» — это только лозунг или идеалы на центральной части Северо-Китайской равнины, а в монгольской степи это уже стало реальностью несколько тысяч лет назад.

Чем ближе к назначенному месту, тем в отряде атмосфера становилась более напряжённой. Недавно стая волков полностью уничтожила табун боевых лошадей, уже выиграв одну партию, но люди степи Элунь собрали все силы, и исход этого сражения был ещё неизвестен. Чень Чжэнь тоже начал беспокоиться, не является ли использование разных видов боевых действий, которыми так хорошо владеют волки, внезапного нападения и облавы, чтобы справиться с хорошо и далеко слышащими волками, бахвальством перед настоящими профессионалами в этой странной и страшной войне? Раньше пастбища устраивали ежегодные крупномасштабные облавы, но боевые успехи были посредственными, из десяти облав — пять неудачные.

То, что в прошлый раз целый табун лошадей был уничтожен волками, оказало отвратительное влияние, и, если в этот раз облава на волков не будет удовлетворительной, руководящий коллектив пастбища в полном составе может быть сменён. По словам руководства, сверху поступил намёк, чтобы готовились из нескольких паст6ищ-коммун, в которых наиболее эффективно уничтожают волков, перебросить сильных кадровых работников для усиления руководящего состава пастбищ степи Элунь. Поэтому Улицзи, Билиг, а также многие чабаны с пастбища — все готовились показать своё умение хорошенько поубавить спесь волков степи Элунь. Билиг на прошедшем перед облавой собрании сказал, что в этот раз надо содрать и сдать шкуры по меньшей мере с пятнадцати-двадцати волков, а если не получится, то герои с других пастбищ-коммун придут сюда управлять ими.