Ирен Немировски - Французская сюита

3 августа 1942

М-м Руссо (французский Красный Крест) — Мишелю Эпштейну Доктор Бази [32] Президент Красного Креста. уехал сегодня утром на несколько дней в свободную зону, там он займется на месте делами м-м Эпштейн и постарается сделать все возможное, чтобы облегчить ее участь. У него не было времени ответить Вам до своего отъезда, но он поручил мне передать, что получил Ваше письмо и использует абсолютно все возможности, чтобы оказать Вам помощь.

6 августа 1942

Мишель Эпштейн — м-м Руссо

Я был счастлив узнать, что доктор Бази предпринимает шаги в защиту моей жены. И подумал, не было бы уместно согласовать их с теми, что были уже предприняты:

1) Издателем моей жены, г-ном Альбеном Мишелем (непосредственно занимается ее делами г-н Андре Сабатье, один из директоров издательства).

2) М-м Поль Моран.

3) Анри де Ренье.

4) Графом де Шамбреном.

Г-н Сабатье, которому я отправлю копию этого письма, даст Вам все необходимые сведения (тел. ДАН-87-54). Неизвестность относительно местонахождения моей жены мне особенно мучительна (она была в лагере Питивье — Луаре в четверг 17 июля, и с тех пор я не имею о ней никаких известий). Мне хотелось бы, чтобы она знала, что ни наших детей, ни меня пока не коснулись недавние распоряжения и мы находимся в добром здравии. Может ли Красный Крест сообщать подобные сведения? Можно ли посылать ей посылки?

6 августа 1942

Мишель Эпштейн — Андре Сабатье

Посылаю копию письма, которое я отправил в Красный Крест. По-прежнему никаких известий о моей жене. Тяжело. Можно ли передать мое письмо г-ну Абецу? Мишель.

P.S. Не могли бы Вы сообщить мне адрес графа де Шамбрена?

9 августа 1942

Мишель Эпштейн — Андре Сабатье

Я только что узнал из очень основательного источника, что женщины (впрочем, и мужчины тоже, и дети), отправленные в лагерь Питивье, затем были доставлены к границе Германии и направлены на восток — в Польшу или даже Россию. Это должно было произойти недели три тому назад.

До сих пор я полагал, что моя жена находится в одном из французских лагерей под охраной французских солдат. Знать, что она где-то в варварской стране, в жестоких условиях, без денег и без продуктов питания, среди людей, языка которых не знает, — невыносимо. Теперь речь идет не о том, чтобы постараться помочь ей выйти из лагеря, а о том, чтобы спасти ей жизнь.

Вы, я думаю, получили мою вчерашнюю телеграмму с названием книги моей жены. Это «Осенние мухи» — она вышла сначала у Кра, роскошным изданием, затем у Грассе. Эта книга откровенно антибольшевистская, и я просто в отчаянии, что не вспомнил о ней раньше. Я надеюсь, еще не поздно, вооружившись новым основанием, хлопотать перед немецкими властями.

Я знаю, дорогой друг, что Вы делаете все возможное, чтобы нас спасти, но умоляю, найдите, придумайте что-нибудь, посоветуйтесь еще раз с Моран, Шамбреном, д-ром Бази — председателем Красного Креста, ул. Ньютон, 12; тел. КЛЕ-84- 05 (во главе его личного секретариата м-м Руссо, адрес тот же), сообщив им о новом аргументе, иными словами, об «Осенних мухах». Немыслимо, чтобы мы, которые по милости большевиков лишились всего, были приговорены к смерти теми, кто против большевиков сражается!

Поверьте, мой друг, это последняя просьба, с которой я к Вам обращаюсь. Я понимаю, что бессовестно злоупотребляю Вашей дружбой и дружбой тех друзей, которые еще у нас остались, но, повторяю, речь идет не только о жизни и смерти моей жены, но и о жизни и смерти наших детей, и меня тоже. Это серьезно. Один с двумя малышками, я сижу здесь, как в тюрьме, поскольку мне запрещено трогаться с места, и у меня нет даже утешения, которое я почерпнул бы в хлопотах. Я не могу ни спать, ни есть, и это послужит извинением за мое столь бессвязное письмо.

10 августа 1942

Я, нижеподписавшийся, граф В. Коковцев, бывший председатель совета министров и министр финансов России, настоящим подтверждаю, что знал покойного г-на Ефима Эпштейна, управляющего российского банка, члена Комитета банков, который функционировал в Париже под моим руководством; его репутация как финансиста была безупречна, его взгляды и действия были антикоммунистическими.

(Заверено в комиссариате полиции.)

12 августа 1942

Андре Сабатье — Мишелю Эпштейну

Я получил Вашу телеграмму и Ваши письма. Отвечаю перед отъездом — несколько недель собираюсь прожить под Парижем. Если Вы будете писать мне от 15 августа до 15 сентября, пишите на адрес издательства, там по возможности сделают все необходимое и тут же известят меня. Сообщаю о наших делах: предпринятые шаги пока не дали результатов.