Джо Брэнд - Точки над «i»

– Мохаммед, – ответила Марта. – Боже! Надеюсь, что не он. И кроме того, я не спала с ним.

– Ты говорила, что спала, – удивилась Ромашка.

– Не хотелось показаться слишком скучной.

– Ну так кто же это? – Сара и Ромашка почувствовали легкое раздражение.

– Это… Ох, мне срочно надо в туалет, – сказала Марта. Она увидела выражение их лиц:

– Да не вожу я вас за нос! Мне кажется, вы знали, что я хожу в туалет раз по четырнадцать за час, потому что Живот сократил мой пузырь до размеров мышиного яйца.

Марта сидела в туалете и ухмылялась. Она специально не выходила подольше и жалела что не зашла в этот шпионский магазин в Вест-Энде, чтобы купить маленький диктофон, записывающий то, что говорят о тебе в твое отсутствие. Она пришла к печальному выводу, что в таком случае могла бы услышать о себе только плохое, и была права.

– Это мог быть Джуниор, – говорила Ромашка Джуниору было четырнадцать, и он жил в соседней с Мартой квартире со своей семьей, но уже сейчас напоминал размерами небольшое дерево и потерял девственность в девять лет.

– Не-е. Даже Марта не упала бы так низко, – отвечала Сара.

– Может, поспорим? – предложила Ромашка: однажды она видела на какой-то вечеринке, как Марта пыталась соблазнить кого-то, кто в отключке валялся под столом.

Наконец Марта вернулась из туалета и остановилась у бара, чтобы купить чипсов, продлевая таким образом агонию подруг.

– Так кто он? – спросила Ромашка, с нетерпением в голосе.

– Тед, – ответила Марта.

– Но ты же сказала, что это не он!

– Ну, мне показалось неправильным, что вы сразу же угадали… извините. Решила напустить немножко туману, – объяснила Марта.

– А ты не знаешь, это мальчик или девочка? – поинтересовалась Ромашка.

– Все, что я знаю, так это то, что он будет здоровым и ненормальным, – сказала Марта, – и Не Таким Уж Уродом, который любит солененькие огурчики.

Саре, видевшей подруг в более привлекательном свете, чем на самом деле, после такого заявления все меньше и меньше нравилась идея стать крестной матерью.

– Ну, и как это у тебя произошло с Тедом? – спросила Ромашка; она видела Мартиного босса всего раз, и он ей показался дядькой, совершившим много нехороших поступков в темных аллеях с перепуганными женщинами.

– Я знаю, это звучит ужасно, но это было в аллее за клубом, когда я задержалась на работе и мы оба слегка поддали.

Сара, будучи одержимой всем, что касается привлекательности и чистоплотности, почувствовала легкую тошноту, в то время как Ромашка вдруг почувствовала возбуждение.

– Продолжай, – сказала она.

– Да вот, собственно, и все, – пожала плечами Марта, – так вот я и залетела.

– А он знает?

– Нет.

– Почему?

– Не хочу расстраивать ребенка, – ответила Марта.

– Но он же должен знать? Разве он не помнит, как трахнул тебя? – спросила Сара. – И вообще, почему ты не сделала прерывание?

– Звучит мило – «прерывание», тебе не кажется? Убирает все напряжения, а вот «аборт»… это звучит правильно. Кровавое месиво в любом варианте, – сказала Ромашка.

– Я хочу ребенка, – заявила Марта.

– Чтобы досадить папаше? – поинтересовалась Ромашка.

– Не все так просто, хотя это хороший бонус. Просто я уже не молода, а потом будет поздно, – ответила Марта.

– И безответственно, – Ромашка поймала себя на том, что говорит как взрослая.

– Насрать на ответственность, – ответила Марта Ее слова прозвучали в унисон призывам матерей-одиночек, которые хотят завести ребенка, просто чтобы любить его, и не подозревают, какие мучительные путы будут связывать их до конца жизни.

– Тогда за тебя, – подняла свой бокал Ромашка – Удачи.

– Да уж, удачи тебе, глупая корова, – усмехнулась Сара.

Внезапно в помещении потемнело оттого, что в дверном проеме, как шериф из дешевого вестерна, стоял Билли.

Ромашка сглотнула, а Марта попыталась усмехнуться, хотя чувствовала, что щека у нее нервно подергивается. Билли выглядел злым, хотя на самом деле, когда он подошел к их столику, на его лице была улыбка.

– Как дела девочки? – он хотел, чтобы прозвучало иронично и дразняще, но вышло как-то неуклюже и по-сутенерски.

– Привет, – хором ответили они.

– А что ты тут делаешь? – спросила Сара, чувствуя себя неловко, с застывшей ухмылкой на лице.

– Решил сегодня не зависать с ребятами и ушел пораньше, – ответил Билли. – Думал, найду здесь трех шалуних.

«Интересно, как ему удается заставить слово «шалунихи» звучать как "тупые шлюхи"»? – подумалось Марте, и она поняла, что очень злится на него: