Майкл Корда - Бессмертные

— Ужасно. Возможно, снимаясь в картине, я заодно и разведусь. — Она как-то неестественно рассмеялась. Рино — это город, где процедура развода максимально упрощена, и многие приезжали туда специально, чтобы оформить развод. По иронии судьбы, Рослин, героиня Мэрилин в фильме “Неприкаянные”, тоже приехала в Рино с этой целью.

— Что, все так плохо?

— Ох, милый. И не спрашивай.

— Джек здесь, — сказал я. — Он приехал вчера.

Она хихикнула.

— Я знаю. — Она заговорщицки понизила голос. — Слушай, милый, — начала она. — Я как раз и звоню тебе по этому поводу. Мы договорились, что я приду к нему сегодня утром. Он звонил мне вчера вечером, а я потеряла адрес.

— Он остановился в “Билтморе”. Номер 9333.

— Нет, не этот адрес, — раздраженно произнесла она. — Мы должны встретиться в другом месте.

— На Россмор-авеню? В доме Джека Хейли?

— Точно!

— Номер 522, — сказал я. — Это прямо над квартирой Вильяма Гаргэна…

— Это тот парень, что играет сыщика в телевизионном сериале? Премного благодарна, любимый ты мой, — воскликнула она. — Ну, я побежала.

Мы с Джеком договорились встретиться во второй половине дня. Я должен был сообщить ему о результатах моей встречи с Синатрой и Лофордом, которые занимались организацией выступления представителей комитета “Звезды голосуют за Кеннеди”. Знаменитые артисты должны были выступить на съезде и, если все сложится удачно, — в “Колизеуме”, где Джек, став к тому времени кандидатом в президенты от демократической партии, будет выступать с речью, в которой выразит свое согласие баллотироваться в президенты. На этой встрече мы с Лофордом и Синатрой также обсуждали вопрос о том, как не выпустить Мэрилин “из-под контроля”.

Джек сам открыл мне дверь в свое убежище на Россмор-авеню. Он был в халате и ухмылялся во весь рот, но это была язвительная ухмылка.

— Если меня выберут президентом, — сказал он, — я предложу твою кандидатуру на должность директора ЦРУ.

Я уставился на него: шутка мне была непонятна.

— Вообще-то я надеялся получить должность поприличнее.

— Ни за что. Парню, который умеет хранить секреты так хорошо, как ты, в ЦРУ самое место.

— Какие секреты? — спросил я. Я понял, что где-то сплоховал, но с облегчением отметил про себя, что Джек вообще-то не сердится, а просто желает подшутить надо мной.

— В спальне спит Мэрилин, хочешь верь, хочешь нет. Ты молодец, что дал ей этот адрес, особенно если вспомнить, как ты вчера советовал мне быть поосторожнее! Может, ты агент Линдона, а, Дэйвид?

Я смотрел на Джека, лицо мое пылало от стыда.

— Она сказала, что разговаривала с тобой.

— Конечно. И что потеряла адрес. Ты у нас такой мудрый, опытный, как же ты поверил?

Теперь, когда до меня дошло, что сотворила Мэрилин, я и сам не понимал, как мог поддаться на ее уловку. Она не раз в разговорах со мной грозилась составить Джеку компанию во время поездок по штатам, где он завоевывал голоса избирателей, но я, как правило, не воспринимал это всерьез. В том, что произошло теперь, была доля и моей вины. Я в очередной раз недооценил Мэрилин.

— Ну, в свое оправдание я могу только сказать, что она врала очень убедительно…

— Дэйвид, ты бы поверил Мэрилин, даже если бы она черное назвала белым.

Это действительно было так, и от этой мысли я почувствовал себя еще большим идиотом.

— Я ей голову оторву, — произнес я.

Джек засмеялся.

— Твое желание понятно, но вряд ли ты его осуществишь. Ты простишь ее. — Он налил в чашки кофе из серебряного термоса. Квартира, в которой мы сейчас находились, была красиво и уютно обставлена элегантной мебелью; прямо на полу лежали провода: сюда провели еще несколько телефонов, в том числе и “красный телефон”, который напрямую был связан со “штабом” Кеннеди в спорткомплексе.

— Я очень виноват, Джек, — вымолвил я.

— Ничего страшного. В принципе, теперь я чувствую себя спокойнее. Я все время размышлял над твоими словами… Думал, позвонить ей или, может, лучше не надо? И вдруг в одиннадцать утра звонок в дверь, и на пороге стоит Мэрилин с бутылкой шампанского в руке. Сейчас она спит праведным сном младенца.

— Везучий ты человек.

— Да, — спокойно согласился он.

Открылась дверь, и в комнату вошла Мэрилин, одетая только в одну из рубашек Джека.

— Я услышала какой-то шум? — заговорила она. — Не могла сообразить, где я. — Даже на расстоянии было заметно, что у нее совсем маленькие зрачки, буквально крошечные черные точечки — тревожный признак. Она замолчала, раздумывая, — замолчала довольно-таки надолго, — затем спросила тонким голоском: — Так где я?