Ганс Кирст - Фабрика офицеров

«Хохбауэр, — обращается ко мне полковник после боя, вытирая с подшлемника кровь своего шофера, который не успел вовремя нырнуть в убежище, — одного мы не должны никогда забывать: ради победы за правое дело ни одна жертва не может быть чересчур большой».

На следующий день обер-лейтенант Крафт был освобожден от службы, чтобы иметь возможность завершить расследование, так сказать, по горячим следам, поскольку через несколько дней, как он считал, могло быть уже поздно. А сейчас у него еще было мужество сделать то, что он считал нужным и даже необходимым.

Сначала Крафт попросил капитана Федерса заменить его на полковых занятиях. Федерс сразу же согласился, даже ничего не спросив.

— Слава охотникам! Я, со своей стороны, взял было на мушку одного дикого кабана, но всемогущий господь бог лично распорядился и доложил: дикий кабан сдох от удара. Что вы на это скажете?

— Возможно, вы пытались вмешаться в дело господне, — заметил Крафт, — а ему это пришлось не по вкусу. У меня же дела обстоят несколько иначе. Я намерен показать госпоже юстиции, так сказать, оборотную, и притом ничем не прикрытую сторону бытия. Риска тут никакого нет, так как дама, как известно, слепа.

— Тогда тащите ее на свалку, а я тем временем буду держать наше учебное отделение под парами.

Выйдя из казармы, Крафт направился в город. Его восточная часть все еще дымилась, а смрадом оттуда несло еще сильнее, чем прошлой ночью.

Однако переулок Кранихгассе, в который свернул Крафт, оказался в полной сохранности. Там он разыскал Марию Кельтер и имел с ней разговор, прошедший, по его мнению, удачно. При этом обер-лейтенант вел себя так, как будто выполнял отданное ему распоряжение, правда, очень деликатное, но неизбежное. Это был метод, который вряд ли оказал бы действие на его бравых подчиненных, однако на ничего не понимающую девушку он произвел впечатление.

Поговорив с Марией Кельтер, обер-лейтенант Крафт вернулся в казарму. Сначала он решил зайти в здание штаба и не без цели заглянул в приемную генерал-майора Модерзона. Коротко, но не без теплоты он поздоровался с Сибиллой Бахнер, а затем сказал, обращаясь к обер-лейтенанту Бирингеру, адъютанту генерала:

— Я хотел бы поговорить с господином генералом.

— Это полностью исключено, — сказал Бирингер. — В настоящее время у генерала очень важное совещание с представителями партии и местных властей Вильдлингена, на котором обсуждаются мероприятия по ликвидации последствий вчерашней ночной бомбардировки.

— И как долго продлится совещание?

— По меньшей мере еще с час.

— Так долго я вряд ли смогу ждать. Пожалуйста, доложите обо мне генералу. Я задержу его не более чем на три минуты.

— Мой дорогой Крафт, — изумленно произнес Бирингер, — в какое положение вы хотите меня поставить? Вам пора бы знать нашего генерала, который не терпит, когда ему мешают, и особенно в присутствии посторонних. Ни я, ни вы на это не пойдете.

— Но ведь вы, кажется, еще никогда и не пытались сделать это.

Крафт отвернулся от адъютанта к Сибилле Бахнер. Она доверчиво улыбнулась ему, и он вопросительно посмотрел на нее.

Вдруг она встала со своего места и сказала:

— Прежде чем вы, господин Крафт, попытаетесь принудить меня к этому, я лучше на свой страх и риск доложу о вас господину генералу, только вы уж на меня, в случае чего, не пеняйте.

— А я тем временем, Крафт, подготовлю проект приказа о вашем переводе, раз уж вы такой необузданный, — проговорил Бирингер. — Беспокоить генерала во время совещания — да это настоящее безумие!

Сибилла Бахнер подошла к двери, что вела в кабинет генерала. Перед дверью она выпрямилась, быстрым движением руки поправила прическу и вошла в кабинет.

Крафт и Бирингер уставились на дверь кабинета. Адъютант рассчитывал на самое худшее в то время, как Крафт надеялся на самое лучшее.

Спустя несколько минут дверь генеральского кабинета снова отворилась, в ее проеме можно было видеть самого генерала, а позади него — улыбающуюся Сибиллу Бахнер.

Потом Модерзон встал и неторопливыми шагами вышел к обер-лейтенанту Крафту и подал ему руку. Увидев это, Бирингер, почти ничего не понимая, опустился в свое кресло.

— Ну-с, господин обер-лейтенант Крафт, — довольно официально, как и обычно, но, однако, не без ноток дружелюбия спросил генерал, — что вы желаете?

— Господин генерал, — начал обер-лейтенант Крафт, — я прошу разрешения на исключение.