Ева Хорнунг - Дог-бой

Пес подождал, пока откроются раздвижные двери и из вагона выйдет первая порция пассажиров, а потом ловко запрыгнул в вагон. Дмитрий последовал за ним. Пес стоял сбоку и смотрел куда-то вдаль. Люди не обращали на него никакого внимания. Дмитрий стоял недалеко от пса и, почему-то волнуясь, наблюдал за ним. Пес вывалил язык и часто задышал, глядя на дверь. Когда поезд тронулся, шерсть на загривке у пса поднялась дыбом. Он оскалился, как будто широко улыбался. Потом судорожно сглотнул, пустил слюну и снова тяжело задышал, по-прежнему хмурясь и не сводя с двери взгляда умных карих глаз. На следующей остановке пес затих и, униженно прижав уши к голове, огляделся по сторонам. Видимо, ему было неловко, потому что он путался под ногами у пассажиров, мешал им входить и выходить. Потом снова стал глазеть m станцию и занял более расслабленную позу. Когда поезд замедлил ход перед следующей остановкой, пес перестал пыхтеть. Пропустив людей вперед, он тоже вышел из вагона и задвигался в толпе людей. Дмитрий следил, как пес трусит к переходу на кольцевую линию и исчезает на ступеньках эскалатора, ведущего вверх.

Он снова сгорбился на сиденье. Поезд вез его в знакомую часть города. У Дмитрия снова закружилась голова. Его мир в чем-то перевернулся, расширился, чтобы объяснить некое явление, существовавшее и раньше, но прежде недоступное ему. Почему собаки всегда казались ему неодушевленными, символами, когда на самом деле каждая собака — личность и символична не более и не менее, чем он сам? Куда, например, направлялся метис овчарки? Есть ли у него хозяин? Как он научился пересаживаться на нужной станции? А может, он время от времени путешествует сам… ради удовольствия? По спине у Дмитрия пробежал холодок. Доехав до своей станции он вышел из вагона, а перед глазами все плыл образ большого четвероногого существа.

Наверх все было знакомо: его дом совсем рядом, за сквером. Вон и его окна на седьмом этаже. Из них видна березовая роща, особенно красивая сейчас, осенью, отреставрированная церковь и новый жилой квартал. Дома его ждет Наталья. Дмитрий надеялся, что она воспримет новость нормально. И все же ему не терпелось сообщить ей о своем открытии. Ходьба утомила его; от усталости дрожали ноги. И еще он натер пятки.

У фонаря рядом с воротами он увидел пса — большого, косматого. Поймав на себе его взгляд, пес опустил голову и убежал в тень, а потом скрылся за салоном связи «Мегафон». Еще три собаки чуть поодаль рылись в большом, сравнительно новом мусорном баке. Одна из них встала на задние лапы. Она все время виляла хвостом и крутила носом — явно что-то говорила своим собратьям. Еще один пес, черный, стоял под уличным фонарем, отвернувшись от остальных.

Вдруг Дмитрий понял: все псы заодно. Они — одна команда. Распределили обязанности. Один перевернул бак. Второй — разведчик. Третий — охранник. Причем охранник смотрит прямо на него.

Он отвернулся и толкнул ворота в парк.

Считалось, что в их просторном, хотя и плохо освещаемом, сквере по вечерам безопасно. Все знали, что милицейские патрули выгоняют оттуда пьяных, нищих и наркоторговцев. Наверное, милиция крышевала здешнюю территорию, но факт оставался фактом: сквер считался тихим и нищих в нем не было.

Зато сегодня здесь оказалось множество собак. Дмитрий насчитал не менее семи. В темноте они казались просто громадными. Почему он раньше не замечал их? Он сел на свою любимую скамейку под березкой. Он часто отдыхал здесь по пути домой — в любую погоду, особенно если день на работе выдавался трудным. Ясными осенними вечерами, вот как сегодня, весь парк мерцал и блестел. Сухие пожелтевшие листья, тихо шурша, падали на землю, закрывая ее золотистым ковром. Армия уборщиков еще не вышла на смену. Скоро они сгребут все листья и утрамбуют их в мусорные мешки, обнажив черную землю для снега. Но пока неубранный сквер переливался разноцветными огнями под черным безоблачным небом. За шесть лет, что он здесь прожил, он видел мало таких ночей. Дмитрий закрыл глаза. Ну конечно, собак он видел и раньше. Бродячие псы в сквере беспокоили его, как и всех местных жителей. Но сейчас он отнесся к ним совсем по-другому.

Рядом что-то шевельнулось, и Дмитрий открыл глаза. Ну конечно — собака. Огромный пес, московская сторожевая. Добродушная слюнявая морда, мохнатые уши… Дмитрий узнал его. Соседский Мальчик! Пес сел рядом и дружелюбно вильнул огромным хвостом.

— Привет, Мальчик, — тихо сказал Дмитрий, и Мальчик склонил свою мощную голову набок, словно здороваясь с ним.