Джеффри Арчер - Прямо к цели

И затем неожиданно, как раз тогда, когда миссис Трентам начала считать, что подходит время приводить в действие следующую часть ее плана, из Мельбурна пришла телеграмма. Обратный адрес, стоявший на официальном послании, заставил миссис Трентам без промедления отправиться в этот далекий город.

Когда за ужином в тот вечер она сообщила Джеральду о том, что собирается отправиться к Антиподам при первой возможности, ее слова были встречены с вежливым безразличием. Это было неудивительно, ибо со времени визита в военное министерство, состоявшегося свыше четырех лет назад, муж почти никогда не упоминал имени Гая в разговорах. О существовании их первенца напоминали лишь его фотография в парадной форме, стоявшая на ее столике в спальне, да Военный крест, который Джеральд разрешил оставить на каминной доске.

Что касалось Джеральда, то для него существовал теперь только Найджел.

Джеральду Трентаму было хорошо известно, что жена говорит всем его и своим друзьям, что Гай является компаньоном крупной брокерской фирмы, занимающейся продажей скота по всей Австралии. Однако он давно уже перестал верить в эти рассказы и даже не слушал их. И, когда время от времени в почтовом ящике на Честер-сквер появлялось письмо с хорошо знакомым почерком на конверте, Джеральд Трентам не интересовался успехами своего старшего сына.

Очередным пароходом на Австралию был «Оронтес», отправлявшийся из Саутгемптона в следующий понедельник. Миссис Трентам отправила телеграмму по адресу в Мельбурне и сообщила расчетное время своего прибытия.

Пятинедельное путешествие через два океана показалось миссис Трентам нескончаемым еще и потому, что большую часть времени она предпочитала оставаться в своей каюте, не желая заводить случайных знакомств с теми, кто находился на борту, или, хуже того, встретить кого-нибудь, кто знал ее. По этой причине она отклонила несколько приглашений на ужин в кают-компании.

Когда пароход прибыл в порт Сиднея, миссис Трентам, передохнув в городе всего одну ночь, тут же отправилась в Мельбурн. С вокзала «Спенсер-стрит» она домчалась на такси до больницы «Ройал Виктория», где дежурная сестра сообщила ей, что ее сыну осталось жить всего неделю.

Ей немедленно было разрешено увидеть его, и полицейский проводил ее в специальный изолятор. Стоя у его койки, она с недоверием смотрела в лицо, которое едва могла узнать. Волосы на голове Гая были такими редкими и седыми, а морщины на коже настолько глубокими, что ей показалось, что она стоит у смертного, одра своего мужа.

Врач сказал, что такое состояние является обычным после того, как приговор вынесен и человек осознал, что отсрочки не будет. Простояв у койки почти час, она ушла, так и не вытянув ни слова из сына. За все это время больничный персонал даже не заподозрил, что на самом деле творилось в ее душе.

Этим вечером миссис Трентам сняла комнату в тихом загородном клубе на отшибе Мельбурна и, прежде чем уединиться в ней, задала всего один вопрос молодому хозяину-эмигранту мистеру Синклэру-Смиту.

Следующим утром она посетила старейшую адвокатскую контору Мельбурна «Ашгарт, Дженкинз энд компани».

— В чем ваши проблемы? — спросил молодой человек, показавшийся ей излишне фамильярным.

— Я хочу побеседовать с вашим старшим компаньоном, — ответила миссис Трентам.

— Тогда вам придется подождать в приемной, — было сказано ей.

Какое-то время миссис Трентам сидела в одиночестве и ждала, пока мистер Ашгарт освободится и примет ее.

Старший компаньон — пожилой человек, которого по одежде можно было принять скорее за адвоката из «Линкольнз Инн Филдз», чем с мельбурнской улицы Виктории, выслушал молча ее печальную историю и согласился взяться за решение любой проблемы, которая может возникнуть по делу Гая Трентама. В этой связи он пообещал немедленно обратиться за разрешением на перевозку тела в Англию.

Миссис Трентам навещала сына в больнице всю неделю до самой его смерти. Хотя они говорили совсем мало, она все же узнала об одной проблеме, не решив которую нельзя было возвращаться в Англию.

В среду, во второй половине дня, она вновь посетила адвокатскую контору, чтобы посоветоваться с Ашгартом относительно того, что ей удалось узнать в последнее время. Пожилой адвокат предложил клиентке стул и внимательно выслушал ее откровения, изредка помечая что-то в блокноте. Когда миссис Трентам закончила, он долго молчал, прежде чем дать свой ответ.