Джоан Барк - Хризантема

Тщательно натасканная Хидео, Фумико играла роль блестяще, еще больше поразив пожилую женщину своим подарком. Развернув праздничный темно-лиловый платок, она открыла лаковую коробку, наполненную изысканными новогодними угощениями.

— Маа! — воскликнула госпожа Имаи. — Неужели вы сами приготовили такую прелесть?

— Я очень люблю готовить, — скромно потупилась гостья.

На самом деле, конечно же, содержимое коробки было куплено и уложено руками Хидео. Он продумал каждую мелочь. Когда во время чаепития понадобился кипяток, чтобы подлить в чайник, Фумико немедленно вскочила и предложила свои услуги. Выскользнув на кухню, она мгновенно там сориентировалась и без труда нашла все, что требовалось, не задав ни единого вопроса. Хидео, в свою очередь, сделал все, чтобы мать обратила должное внимание на необыкновенные способности молодой женщины. Госпожа Имаи и вообразить не могла, что ее сын додумается нарисовать для Фумико план кухни и даже заставит тренироваться в зажигании газовой плиты.

В целом вечер прошел без сучка без задоринки, однако в конце застолья матушка Имаи все-таки не выдержала и задала главный вопрос, который ее волновал:

— Фумико-сан, это правда, что вы ждете ребенка от моего сына?

— Да, — ответила Фумико, опустив глаза. Потом взяла Хидео за руку и добавила: — Он должен родиться в июне.

— В июне? — Матушка Имаи вдруг помрачнела. — В этом году… А что, если будет девочка? Ей всю жизнь потом придется расплачиваться, она же никогда не найдет мужа!

— О, не беспокойтесь! У меня мальчик, я точно знаю.

— Что? Как вы можете знать?

Лицо Фумико выражало абсолютную уверенность.

— Разве вы сами не чувствовали, кто родится, когда ждали Хидео? Вспомните!

Матушка Имаи озадаченно моргнула.

— Ну… — протянула она, — вообще-то да. Мне и в голову не приходило, что может быть девочка. — Она с сомнением покачала головой. — Но, может быть, я просто очень хотела мальчика… как и вы сейчас.

— Нет, не думаю, — покачала головой Фумико. — Дело не в том, что я выдаю желаемое за действительное. Мне кажется, что женщины, созданные для материнства, всегда все знают про своих детей. — Она выразительно положила руку на грудь, выпиравшую из-под кимоно.

— Вот как? — задумчиво проговорила матушка Имаи, невольно выпрямляясь и бросая украдкой взгляд на собственный немаленький бюст.

— О да! Я совершенно уверена, — кивнула Фумико, наклоняясь над столом, чтобы подлить хозяйке чаю. — Сразу вспоминаю фильм, который показывали по телевизору несколько месяцев назад, про жизнь в горной деревушке в эпоху Эдо. Там одна женщина с большой грудью родила младенца, и ее соседка тоже, только чуть позже. Соседка вскоре умерла, и ее ребенок, мальчик, остался без молока. Вдовец в отчаянии понес ребенка к той первой женщине с ребенком, и она охотно согласилась выкормить и второго, потому что у нее было много молока. Мальчик вырос здоровым, сильным и храбрым, стал настоящим воином и спас деревню от бандитов…

— О да! — Матушка Имаи взвизгнула от восторга. — Я тоже смотрела эту картину! Там была еще такая хорошенькая актриса в роли кормилицы. Конечно! Если бы у нее не хватило молока, кто бы спас тогда крестьян? Да, конечно, я видела! — Она расплылась в улыбке, охваченная воспоминаниями. — Вы знаете, у меня тоже было так много молока, когда родился Хидео! Вполне могла бы выкормить еще кого-нибудь. Маа! А мой малыш был такой жадный, его едва удалось отлучить от груди…

— Правда? — подняла брови Фумико, с хитрецой взглянув на Хидео.

Он пропустил ее взгляд, потому что в этот момент подливал себе виски. Молодой человек был в высшей степени доволен собой. Все шло так хорошо, как если бы Фумико уже лежала в постели в его спальне наверху.

— Твое здоровье, Тиби-тян! Без тебя я бы вряд ли разгребла этот сумасшедший завал.

— И твое, Сати-тян! Я пережила последние недели только благодаря тебе.

Подруги со звоном сдвинули бокалы шампанского и выпили, думая об успешном окончании года. Праздничная гонка закончилась, бухгалтерия приведена в порядок, жалованье выплачено. Заказы доставлены клиентам, а счета разложены по конвертам, готовые к рассылке в первый рабочий день после новогодних каникул.

Сатико не лукавила: без Мисако она и в самом деле едва ли справилась бы. Зная, что все бумажные дела находятся в надежных руках, она могла лучше сосредоточиться на своей непосредственной работе и общении с клиентами, как правило, требовательными и капризными. Останься хоть один из них неудовлетворенным, об этом мигом стало бы известно, что пахло разорением.