Станислав Миронов - Virtuality

Вы боитесь, что заболеете или ваша уже имеющаяся болезнь начнёт прогрессировать? Вам помогут многочисленные участники рынка здравоохранения: производители медицинских препаратов и продающие их аптеки, врачи разных специальностей или лохотронщики в лице народных псевдоцелителей и производителей корма для скота (ой, простите, это, кажется, называется БАД [2] Биологически активные добавки (прим. авт.) ).

Вы боитесь, что ваши жирные жопы и свисающее с боков или живота сало вызывает (кстати, в самом деле, вызывает, не зря боитесь) отвращение и рвотный рефлекс? Вам помогут различные диеты, убивающие ваш организм. Вам помогут колёса, глушащие печень, различные пластические операции и спортивные комплексы, выжимающие из вас силы. Вот так с салом с ваших жоп и уходит ваше драгоценное здоровье. А не хер было обжираться и толстеть, надо думать головой, а не желудком.

Вам кажется, что ваша грудь или член слишком малы, чтобы быть привлекательными или юзабельными для противоположного пола? Опять же, вам помогут различные лохотронщики, которые предложат вам втереть в ваш член или вашу грудь какой-нибудь чудодейственный супер-крем, который непременно увеличит ваш орган, по поводу которого вы комплексуете. Ага, увеличат. Непременно.

Вы боитесь серых будней, унылых выходных и одиночества? Вам поможет индустрия развлечений: ночные клубы, бары, рестораны, шлюхи, кинотеатры и многое другое.

Словом, чего бы вы ни боялись, вам всегда помогут.

За ваши же деньги.

Стоп.

Одумайся.

Нужно ли тебе то, за что ты платишь?

Спроси себя.

Давай.

Нужна ли тебе твоя одежда, в которой ты ходишь?

Хочешь ли ты, покупая очередное не нужное тебе дерьмо, поддерживать тех, кто на тебе зарабатывает?

Хочешь ли ты кормить тех, для кого ты — всего лишь часть денежного потока?».

Уже в который раз я вижу много комментариев. Все отчаянно спорят, начинают переходить на личности. Они съели мою наживку. Проглотили провокацию.

Как же я это люблю.

Скажи: мой страх — моя слабость.

Закрой глаза.

Повтори про себя.

Настоящее.

Моя девушка, она говорит:

— Каждый человек чего-то боится. Ты сам это знаешь.

— Ничего я не боюсь, — говорю.

— Боишься. По-любому.

Вы помните, что мы едем в метро? В этот момент на неё смотрит какой-то мужик. Смотрит, как на конченую дуру. Кажется, она его задела. Чем задела — я так и не понял.

— Я могу вам чем-нибудь помочь? — с вызовом спрашивает она этого мужика.

Тот быстро отворачивается.

Люди боятся лишнего внимания к их персоне. Всегда.

Вообще, она права. Все люди чего-то боятся.

Я боюсь.

Вы боитесь.

Кстати, чего боитесь вы?

Поезд подъезжает к станции «Площадь революции». Здесь мне надо сделать пересадку. Гопники всё ещё сидят напротив меня. Я убираю книгу в сумочку и встаю. Один из уродов говорит:

— Девушка! А, девушка?

У него такой мерзкий голос, у этого парня, он так противно тянет слова, до того противно, что хочется проблеваться ему прямо в рожу. Или зарядить каблуком по яйцам. Ещё бы у меня были каблуки, было бы вдвойне приятно. Примитивный деревенский говор. Стараюсь не реагировать.

Подхожу к выходу.

Она меня бесит, эта толпа людей. Эти гопники — тоже.

Чмошник повторяет:

— Девушка!

Я не оборачиваюсь.

Поезд уже почти остановился.

Он говорит:

— Девушка, а можно с вами познакомиться?

Говорит гопник. Не поезд.

Станция Площадь революции. Переход на станцию Театральная. Уважаемые пассажиры, не забывайте свои вещи в вагонах.

Уже открываются двери. Люди начинают торопливо выходить.

Здесь и сейчас.

Вы видите?

Реалити-шоу: «Отшей ублюдка».

Делаю презрительное лицо и бросаю ему на прощание:

— Можно за хер подержаться. У тебя целых два рядом. Или полтора. Так что вперёд и с песней.

И выхожу из вагона. Оборачиваюсь. Люди, те, что остались в вагоне, улыбаются. Гопники недовольны. Требуемый эффект достигнут.

Осторожно, двери закрываются. Следующая станция Арбатская.

Смотрю на отъезжающий поезд. Тот парень, что хотел со мной познакомиться, он смотрит на меня через стекло с недовольным лицом. Его друзья, они тоже на меня смотрят. Я показываю им средний палец, и поезд уносит их пропитые рожи прочь. Подальше от меня.

И скатертью дорога.

Потом, конечно, этот парень скажет друзьям, мол, если бы эта тёлка не вышла, я бы её снял, точно, я бы её развёл. Естественно, ведь даже когда мужик понимает, что его уделали, он никогда не признает этого. Мужики никогда не признают, когда их самолюбие затронуто, что их опустили. Они начнут обсуждать между собой, как всё было бы в таком-то и в таком-то случае. Ведь это так сложно, признать поражение. Да, уважаемые мужчины?