Арсений Данилов - Adrenalin trash

Раздался громкий пластиковый треск, который можно было бы назвать чистым, если бы не примешавшийся к нему характерный хруст. Сергей Федоров, попавшись на удачный силовой прием, врезался в бортик и рухнул на гладкий электронный лед. Судья остановил игру, и на площадку выскочили врачи. Убедительно семеня, они поспешили к травмированному игроку.

Андрей негромко выругался и нажал Esc. Игрок ценой в десять миллионов долларов, полученный в результате нескольких сложных обменов, явно надолго выбыл из строя. Менеджер из Андрея вышел плохой, что, впрочем, подтверждала и реальная жизнь — за трудовую неделю он не продал ни грамма климатического оборудования, хотя пару раз казалось, что сделка вот-вот состоится, и даже Никита Внуков, иногда прослушивавший разговоры подопечных, говорил ему, что все он делает правильно, только чуть-чуть напора не хватает. Однако хлопанье по плечу в карман не положишь и на пиво не поменяешь (впрочем, последнее не совсем верно).

Андрей встал из-за стола. Игра не шла, и нужно было резко менять ход пятничного вечера, приближавшегося к узловой точке, за которой разворачивать его траекторию стало бы гораздо сложнее. Попросту говоря, было шесть часов.

Из большой комнаты доносилось замогильное бормотание телевизора. Для родителей конец рабочей недели уже давно перестал быть мерилом социального успеха. Дружелюбный пластиковый камин и горячий ужин наполняли взрослую пятницу до краев. Андрей и сам часто подключался к мировой гуманитарной программе, но каждый раз утром в субботу его мучило невыносимое сознание того, что кто-то накануне провел несколько гораздо более насыщенных, интересных и даже, может быть, счастливых часов. Безжалостно подробные рассказы Олега регулярно подтверждали эти опасения.

За несколько секунд мозг Андрея обработал накопленный за последние годы опыт. Непосредственно вычислительный процесс при этом оставался на периферии сознания, поэтому возникшее желание выпить пива вполне можно было назвать иррациональным. Впрочем, едва ли желание это имело отношение к начинавшемуся алкоголизму — хотя родители Андрея, например, восприняли бы его именно так, — оно было просто элементарной сублимацией юной жажды приключений.

Андрей улыбнулся неожиданному каламбуру, снял трубку стоявшего на тумбочке рядом с компьютерным столом телефона и выдавил на клавиатуре номер Олега. Они не виделись почти две недели, а пить пиво в одиночку совсем не хотелось.

Притяжение площади Юности было непреодолимым. После недолгого блуждания по быстро темнеющим дворам и опустевшим лесопаркам, покой которых рисковали тревожить только владельцы мордатых гладкошерстных собак, Андрей и Олег оказались возле единственного в городе фонтана. В половине девятого здесь, как обычно, было людно.

— Ну и, короче, пиво мы с ним добили, пошли догоняться, — сказал Андрей, бросив опустевшую бутылку в чашу фонтана и закурив.

— Ясное дело, — сказал Олег, глядя по сторонам.

— Решили портвешку взять, — сказал Андрей.

— Серьезно, — сказал Олег.

— Вот, зашли, короче, в магазин, — сказал Андрей, — Костыль и предложил вынести.

— Бутылку? — переспросил Олег. Его взгляд, остановившийся было на двух затянутых в рудиментарные кожаные куртки девушках, описал небольшую дугу и зацепился за глаза Андрея. — Портвейн решили вынести?

— Ну да, — сказал Андрей. Неожиданное переключение внимания Олега ему изрядно польстило.

— Вынесли?

— Вынесли. Ну, точнее, Костыль вынес.

— И ничего не покупали? — спросил Олег.

— Нет, — ответил Андрей.

— Мужики, — сказал Олег и, уважительно качнув головой, протянул Андрею правую ладонь. Они обменялись рукопожатием. — Это уже уровень.

— Я тоже так подумал, — сказал Андрей, — Короче, пошли на ту же лавочку, сели. Ножа ни у кого не было, правда, но Костыль ее как-то зажигалкой распаковал.

Олег кивнул, показывая, что такой способ добычи портвейна из бутылки ему известен.

— Стали дальше бухать, — продолжил Андрей. К девчонкам в коже, на которых он тоже обратил внимание, подошли трое молодых мужчин. Это обстоятельство немного расстроило Андрея, и он отвернулся к супермаркету. — Какие-то мужики еще к нам подключились, в общем, потихоньку в говно мы ушли.

— Вот суки! — сказал Олег.

Эта ремарка сначала показалась Андрею неуместной, он не сразу понял, что последние слова Олега относились к постепенно склеивавшейся неподалеку компании.