Арсений Данилов - Adrenalin trash

Место показала Светка. Случилось это в середине февраля, когда цивилизованный мир принял форму карточного сердца — близился День святого Валентина. Праздник влюбленных совпал с днем рождения Игорька. По случаю двойного торжества Светка решила удивить друга неожиданным подарком и отправилась на Ленинградский вокзал, прихватив для компании Марину.

— Порнуху хочу ему подарить, — объяснила Светка. — А ее там больше всего.

У Марины тогда зародились нехорошие подозрения насчет Светки. Дело в том, что в одиннадцатом классе, в День всех влюбленных, Марина получила анонимную валентинку шуточного содержания. Послание ей доставила специально организованная почта — руководство школы внимательно отслеживало тенденции развития молодежной культуры. Марина тогда была чрезвычайно взволнована тем, что кто-то решил обратить на нее внимание в самый романтичный день на земле. Слегка подрагивавшими пальцами она раскрыла алое картонное сердце, покрытое золотой изморозью блесток. Внутри черным маркером была выведена ободряющая надпись: «Не переживай! И тебе повезет!» Под надписью помещалась отпечатанная на принтере картинка: на фоне розового летнего заката полная женщина занималась любовью с конем.

На вокзал приехали после работы, по дороге выпили по бутылке пива, еще по одной взяли уже на месте, а потом долго разгуливали вдоль витрин. Светка была ошарашена богатством выбора и пышностью названий не меньше Марины. Некоторые особо удачные заголовки вызывали у нее долгие приступы смеха, отзывавшиеся гримасами мучительной боли на лицах постоянных посетителей. Марина старательно поддерживала подругу, хотя временами, когда в названиях мелькали слова «первый» и «три», это было совсем непросто. В конце концов Светка приобрела диск под названием «Царство минета», после чего отправились закупаться продуктами.

Праздник отмечали у Светки на даче. Идея с толстыми одеялами все-таки воплотилась в жизнь. У Марины, правда, уже не было Лени (после Нового года они не виделись даже на работе, похоже, пережитое приключение заставило его уволиться), но Светка обнадежила, сказав, что Игорек прихватит друга.

В общем, в итоге все напоминало Новый год, только обошлось без кровопролития. Светка стонала в соседней комнате, по темной комнате плавала грустная музыка, а друг Игорька — имя его не осталось в памяти — возился с застежкой Марининого лифчика. В комнате было очень холодно, и, видимо, у друга сильно замерзли пальцы. В конце концов он перестал бороться с крючками и попытался просто стянуть лифчик Марине на живот. В этот момент все и закончилось. Чтобы избежать ненужных вопросов и подбодрить мальчика, Марина сослалась на месячные. А утром в первый раз поехала на Ленинградский вокзал.

Марина добила сигарету, бросила дымящийся труп сигареты в урну и пошла прямиком к мужчине в очках, которого не выпускала из виду. В первый и второй раз она была слишком взволнована тем, что ей предстояло увидеть дома, чтобы обращать внимание на окружающих, и только позже увлеклась самим процессом покупки, который теперь был почти самодостаточным (как бы сказал преподаватель психологии из института, произошло классическое смещение мотива на цель).

Мужчина в очках, то ли неудовлетворенный предложенным ассортиментом, то ли не поборовший до конца детскую застенчивость, отошел от витрины, полюбовался немного расположенным напротив палатки книжным развалом, потом двинулся вдоль палаток и свернул внутрь торгового поселка. Марина, улыбаясь, шла следом.

Восьмого марта вышло совсем забавно. За неделю до праздника Марина в метро познакомилась со Стасиком — маленьким полноватым парнем, лицо которого еще хранило память о подростковых прыщах, но тем не менее казалось привлекательным. Биография Стасика была цепью веселых историй (суть их сводилась к двум обстоятельствам — он работал барменом в дорогой гостинице и увлекался наркотиками). Марина добавила в эту цепь еще одно звено. На квартире у Стасиковых друзей — запомнились стены, выкрашенные фосфоресцирующей краской, — они уединились в одной из комнат. Стасик в тот день только пил («Не кислотный праздник», — сказал он Марине с виноватой улыбкой). Пил он много. Организм его оказался не готов к такому испытанию. Стасик попытался расстегнуть молнию Марининых джинсов зубами. Марина сидела молча, стиснув челюсти и глядя в фиолетовый потолок. Через некоторое время она обнаружила, что Стасик заснул.