Арсений Данилов - Adrenalin trash

В общем, выходило, что шведский философ с античной фамилией Кьеркегор прав. Андрей действительно в последнее время регулярно отбрасывал будничную шелуху. Однако Кьеркегор — или, по крайней мере, донесший его учение до Андрея лектор — никак не объяснил критерии отбора по-настоящему важных дел. В итоге с наполнением каждой минуты смыслом возникли проблемы. Андрей всей душой желал сделать что-то большое, емкое, попросту говоря, конкретно реальное. Но не видел ничего, что могло бы подойти под это описание. Он пару раз разговаривал на эту тему с Олегом. Олег испытывал аналогичные эмоции. И еще он сказал, что пока не знает, но чувствует, что скоро он это самое найдет. А когда найдет, поделится с Андреем. Это утешало, но не сильно.

Обсуждать те же вопросы с Василисой Андрей не решался. Он вообще с ней почти не разговаривал, оставляя рычаги управления беседой Олегу.

Это была уже третья больница, в которой лежала Василиса, и вторая, в которой довелось побывать Андрею и Олегу. Первым пунктом в тяжелом маршруте возвращения к здоровой жизни оказалось, естественно, заведение имени Склифосовского. В нем Василиса провела около двух недель. Андрей с Олегом там побывать не успели. Потом Василису перевели в крупный хирургический центр за городом — выяснилось, что у отца Василисы есть хорошие знакомства во врачебной среде. В этом центре колдуны в белых халатах должны были собирать переломанные Василисины кости.

Оттуда она и позвонила Олегу — Андрей не стал мучить себя догадками по поводу того, в какой обстановке Олег сообщил ей свой номер, — и попросила приехать их обоих. Ехать надо было долго — сначала до Москвы, потом на электричке по Ярославскому направлению до какой-то номерной станции (вспомнилось первое путешествие за грибами), а потом еще на автобусе. Всего дорога заняла около трех часов. В первый раз Андрей умудрился за это время выкурить целую пачку. Олег отстал от него на две сигареты. Однако сама встреча прошла на удивление спокойно. Посидели минут десять в пустом фойе. Сначала смотрели в пол. Потом друг на друга. Потом опять в пол. Наконец Василиса сказала, что все проблемы с судом уладит. Андрей и Олег повезли домой мерзкое облегчение.

В хирургический центр ездили еще несколько раз, по субботам. В дороге курили уже меньше. Покупали апельсины и «Боржоми» в гостинец. В последний раз контрабандой привезли Василисе пива — она сама попросила Олега.

Наконец две недели назад Василису перевели в косметологическую больницу (опять помогли папины связи и деньги). Дорога сюда была гораздо короче, поэтому навещать Василису стали два раза в неделю — по средам и субботам.

Приемные часы закончились, поэтому Василиса, как и договорились в прошлый раз, ждала их в вестибюле. Она была в шелковом халатике и тапочках. Ее икры сохранили свою форму — насколько Андрей знал, этот участок ее тела оказался единственным, не пострадавшим при катастрофе. На лице Василисы были бинты, делавшие ее похожей на мультипликационную мумию.

— Привет, — сказала она. — Опаздываете.

— Привет, — сказал Андрей и покосился на Олега.

— Привет, — сказал Олег. — Извини. Это тебе.

Он протянул Василисе пакет с гостинцами. В пакете лежали пачка легкого «Парламента», шоколадка «Вдохновение», шесть бананов и две бутылки «Миллера». Пиво и сигареты были заказаны Василисой, остальное Олег добавил от своего сердца, ставшего на удивление щедрым (аналогичному превращению в душе Андрея мешала тяжелая финансовая ситуация).

Купили все в расположенном рядом с больницей магазинчике — обычном, с продавщицами и витринами-холодильниками. Единственным элементом самообслуживания была табличка с надписью «От себя», висевшая на двери. Андрей подумал о том, что за контроль над выгодной точкой — а большая часть посетителей наверняка отоваривалась именно в этом магазине, — шла тяжелая борьба между местными преступными группировками. Перед ним даже на секунду возникла картина разборки, с бейсбольными битами и поножовщиной, но он поморщился и отогнал неуместные мысли.

— Как дела? — спросил Олег, когда сели на диван в углу — Василиса посередине, Олег и Андрей по сторонам.

Диван был удивительно теплым — его грела проходившая рядом батарея центрального отопления. Работа приучила Андрея обращать внимание на такие детали.

— Пока не родила, — сказала Василиса, заглянув в пакет, — И еще не скоро рожу.

Помолчали.

— Да, — сказал наконец Олег. — Я же телефон купил.