Роберт Кормер - После Шоколадной Войны

Бантинг изучал Арчи, как и всегда стараясь вести с ним хладнокровную игру. Арчи был непредсказуем, и Бантингу всегда нужно было быть начеку, стараясь быть на шаг впереди него. И нельзя было знать, был ли Арчи доволен или лишь «клал» на это. Бантинг продолжал идти по тонкой нити, что и стоило делать. Так или иначе, его будущее до конца учебного года было связано с Арчи. Его горячие амбиции состояли в том, чтобы после ухода Арчи стать управляющим «Виджилса», и в работе он следовал по его стопам. Арчи не сумел найти кого-либо еще и все больше и больше полагался на Бантинга, медленно, но верно вытесняющего Оби с его места.

Бантинг всегда завидовал близости Оби к Арчи, который умел что-либо значить, находясь в центре, рядом с кем-то, более сильным, чем он сам. Теперь в нем было еще что-то, чему можно было позавидовать — его отношениям с Лаурой Гандерсон. Она была слишком хороша для такого, как Оби.

Однажды вечером, когда он, Харлей и Корначио сидя в кустах, наблюдали за обнявшимися в машине Оби и Лаурой. Бантинг просто вышел из себя от любовной жажды и ревности. К собственному негодованию и отвращению он был девственником и, кроме того, в своих диких мечтах и в тайне, не выходящей из его кровати или ванной, мечтал именно о такой девушке как Лаура, и его сознание мучили страсть и тоска. Но когда он оказывался рядом с девушкой, то с ним происходило что-то не то. У него заплетался язык, он начинал изо всех сил краснеть и не знал, что делать с собственными руками и ногами, и поэтому не подходил к девушкам слишком близко, не желая того, чтобы кто-нибудь из его знакомых обнаружил в нем эту его слабость.

Бантинг поглядывал на дверь. Он боялся, что там будет кто-нибудь из братьев в поиске «сочков».

— Все они слишком заняты молитвой, — сказал Арчи, перехватывая взгляд Баунтинга. — Можешь чувствовать себя в полной безопасности, если молятся о душе покойного. Продолжай. Я хочу знать, что же в ней такого особенного.

И Бантинг подробно рассказал о ней в той же манере, в которой Оби зачитывал свои наблюдения на регулярных собраниях «Виджилса», с шелестом листая страницы своего блокнота.

— Лаура Гандерсон. Круглая отличница. В списке почета школы. Активистка внешкольной деятельности. Член клуба дебатов. Играет в драмкружке.

Особенностей было достаточно. Подняв глаза, он конфиденциально добавил:

— Она многих успела послать подальше, и думаю, что она — то еще недотрога, — на этот раз Бантинг импровизировал, позволяя себе увлечься образом Лауры Гандерсон. — Ко всему любит повыше задрать нос. Зазнайка.

Как-то на танцах он попытался познакомиться с ней поближе, перед этим полчаса набираясь храбрости, а она посмотрела на него так, словно Бантинг был прозрачным, заставив его почувствовать, будто бы он сделан из стекла. — Вместе со всей этой ее приятной внешностью и дерьмом почета, она — сучка.

— Факты, — сухо сказал Арчи.

— Черт, кто угодно, если ее видел, скажет, что она недотрога, — продолжил Баунтинг. — И если без этого, то она ведет себя так, словно не знает, с чем имеет дело, да что об этом? Бедный Оби! — хохотал он. — Кажется, она загнала его в угол.

Арчи уже не слышал Бантинга, и если точно это описать, то он не просто смотрел куда-то вдаль или в пустоту, а умел закрыться от чьего-либо присутствия, быстро отрезаться от окружающих, обозначая скуку, отсутствие интереса или равнодушие легким движением головы.

Бантинг понял, что Арчи был не с ним, оставив его одного на ступеньках школы.

— Встретимся в другой раз, — сказал он, снова пытаясь завоевать внимание Арчи. — Расскажу о том, что было у пропасти.

В глазах у Арчи зажегся интерес:

— И как же далеко они зашли?

Бантинг пожал плечами:

— Не знаю. Я видел машину Оби: он не мыл е лет так десять — вся в грязи. Мы наблюдали недолго. Они близко прижались друг к другу, кажется, обнимались и целовались.

— И это все?

— Послушай, к такой недотроге, как Лаура Гандерсон, лежит очень долгий путь.

Наступила долгая пауза, глядя вдаль, Арчи о чем-то думал.

— Ты хочешь, чтобы мы что-нибудь с ними сделали? — спросил Бантинг с мягкостью в голосе.

— И что бы ты сделал? — спросил Арчи.

— Да что-нибудь… что хочешь.

Арчи захихикал, и этот звук походил на катящиеся по столу покерные кости.

— Интересное дело, — сказал он, снова глядя на Бантинга удивлнными глазами.

Бантинг улыбнулся, но он не знал, это взгляд восторга или одобрения. Ему хотелось, чтобы Арчи знал, что он покладист и сделает для Арчи и для «Виджилса» все, что угодно.