Анатолий Елисеев - Страна Эмиграция

Кто возил меня в Преторию оформлять документы на регистрацию и создавал «режим наибольшего благоприятствия» на первых порах моей школьной карьеры? Чистокровный африканер Херт (не Герт — он сам учил меня выговаривать это имя) Фан Фирен.

Итак я начал работать школьным учителем и работаю в той же самой школе уже более десяти лет.

Повезло? Да, потому что нашел своё призвание (возможно), потому что работа мне нравится, потому что… Можно найти много «потому, что…».

А может быть не повезло — в конце концов я всего навсего школьный учитель с весьма скромной зарплатой, которой постоянно не хватает, работа нервная и изматывающая…

В связи с моей работой интересно упомянуть, что по состоянию на 2002 год я был единственный русский учитель в государственных школах Южной Африки, эту информацию я случайно получил в нашем «ОблОНО» — наверное так лучше всего перевести название Gauteng Educational Department.

Пустячок — а приятно!

Если в моей несуществующей южно-африканской трудовой книжке так и останутся две записи, то трудовая деятельность моей жены была более разнообразной и многосторонней. Она начала работать буквально с первых дней нашего пребывания в ЮАР и сменила много рабочих мест далеко не всегда соответствующих её профессии — в прошлой жизни она была врачом.

Я уже писал, что наши российские квалификации оказались невостребованными в эмиграции. Посудите сами, кому может быть нужен советский экономист, если все в мире знают, как блестяще провалилась советская экономическая система.

По уровню непригодности для заграницы моя специальность отставала пожалуй только от преподавателя марксизма-ленинизма или научного коммунизма.

С профессией моей жены история была посложнее и это требует отдельного рассказа.

1992 год. Лето (южно-африканское разумеется). Начало воскресного дня. Большая светлая гостиная в доме в Сандтоне. За столом, накрытым для чайной церемонии много, не меньше дюжины, мужчин и одна женщина. С одной стороны стола в традиционной «кипе» — хозяин дома, преуспевающий частный врач — и представители уже не раз упомянутого «Chabad House», на другой стороне — новые эмигранты — российские врачи, специалисты. Зачем собрались они в это утро в этом доме, почему обстановка в комнате, несмотря на чай и вежливые улыбки, такая скрыто напряженная, почему вскакивает и выбегает в сад подтягивая на ходу спадающие штаны один из эмигрантов, коренастый мужчина с красным раздраженным лицом?

Начать придется издалека, с разговора о профессиях и профессиональной пригодности для заграницы.

Не хочу касаться вопроса, какая профессия самая лучшая для эмиграции — не хочу, потому что не знаю. Кто-то считает, что лучше всего устраиваются компьюторщики, кто-то уверен, что лучше всего уметь что-то делать руками.

Я встречал безработных компьютерщиков и электриков и считаю, что очень многое зависит от человека — при достаточно проявленном упорстве даже специалист по истории КПСС имеет шанс устроится на нормальную работу. Во всяком случае наверное никто не потребует от него специальной регистрации и сдачи экзаменов за университетский курс.

Зато я знаю, что одной из самых непригодных профессий в Южной Африке оказалась профессия врача. Говорят, что в Америке и Канаде положение российских врачей даже хуже — вполне допускаю, что при насыщенности медицинскими кадрами они пытаются защитить рабочие места от «варягов», к тому же считается, что уровень подготовки медиков у них лучше (если вы не согласны — опровергните). Но в Африке, где на одного врача, особенно в сельской местности приходится черт знает сколько жителей, где в провинциальных больницах не хватает не только врачей, не хватает всех — так, что в больнице может работать одна медсестра, она же акушерка, она же первая и последняя инстанция…

Для провинциальных госпиталей государство даже организовало экспорт врачей с Кубы — им оказалась не нужна регистрация, а в то же самое время врачи, которые приехали из России, страны подготовившей тех самых кубинских врачей, были с самого начала лишены возможности работать.

Небольшое пояснение. В Южной Африке, как и во многих других странах (кроме может быть Папуа Новой Гвинеи, я там не был — не знаю) врачу получившему врачебный диплом за границей, для начала врачебной практики необходимо подтвердить его или сдать экзамены, чтобы получить две степени регистрации: