Так я начал понимать то, что потом прояснится и тебе, читатель: если в других семьях хранят в тайне разного рода постыдные неудачи, мрачные истории мести, запретные страсти, пребывание в психушке, слабодушие, проявленное на поле боя, какие-нибудь уголовные преступления или незаконные беременности, а также пагубную склонность к «излишествам» и к продаже дынь перекупщикам с большой дороги, то в нашей семье такие волнующие и жизнеутверждающие секреты крайне редки, да и те сухи и бескровны, как высохшие на солнце пласты прессованного инжира, всем открытые и давно известные. Нашим по-настоящему тайным семейным секретом был Большой Американский Пылесос. Тот свипер, который дядя Исай, этот «дважды изменник», бестрепетно предавший как идеалы сионизма, так и идеалы социализма, послал из Лос-Анджелеса, что в капиталистической Калифорнии, своей невестке Тоне в первый трудовой мошав Нагалаль, основанный в Стране Израиля как раз убежденными сионистами-социалистами, пионерами второй алии. Свипер — вот наша главная семейная тайна, которую нужно скрывать от чужих, американский свипер, приговоренный бабушкой Тоней к вечному тюремному заключению в ванной комнате, дверь которой была наглухо закрыта, а вращающийся меч [21] Вращающийся меч — аллюзия к «пламенному мечу обращающемуся» у входа в рай после изгнания оттуда Адама и Евы (Быт. 3, 24).
в виде развевающейся тряпки не давал никому прикоснуться к ее ручке.
В те дни деревенские дети тоже несли трудовое бремя и выполняли многие тяжелые работы, то ли то в коровнике, то ли во дворе, в саду или в поле. Но бабушкины дети, моя мама и тетя Батшева, трудились вдвойне, потому что вдобавок ко всему бабушка возложила на них уборку в доме, а любую их попытку отговориться или взбунтоваться пресекала страшной угрозой, которой и мы до сих пор, бывает, пользуемся: «Я тебя порежу на кусочки!»
Каждое утро она будила их ни свет ни заря, чтобы девочки еще перед школой прибрали в доме, а для того чтобы они поспевали, переводила часы на час назад. В результате они являлись в школу в девять вместо восьми, а поскольку до этого успевали уже наработаться до упаду, то в классе спали с открытыми глазами.
В конце концов наш деревенский учитель Шмуэль Пинелис вызвал бабушку в школу и потребовал объяснений. Однако бабушка даже не потрудилась что-либо отрицать.
— Мои дети обязаны помогать мне по дому, — известила она учителя.
В этом убеждении она была не одинока. Другие родители тоже зачастую задерживали детей дома, чтобы те помогали по хозяйству, и учитель рассердился на бабушку Тоню точно так же, как сердился в таких случаях на других.
— Это дети! — воскликнул он. — Дети должны учиться! Дети должны вовремя приходить к первому уроку и не засыпать в классе от усталости.
Бабушка поднялась, молча выпрямилась во весь свой небольшой рост, показывая этим, что ей надоело тратить время на глупые разговоры, повернулась и вышла из учительской. Пинелис вздохнул. Но он не представлял себе, каким будет продолжение.
Несколько недель спустя, в одну из пятниц, за два часа до окончания уроков, в дверь класса постучали. Не успел учитель крикнуть: «Войдите!» — как на пороге появилась бабушка Тоня. Ученики из других семей, у которых были другие матери, заулыбались в предвкушении забавы. Моя мама, которая была бабушкиной девочкой, сжалась в комок на своем стуле.
— Доброе утро, — сказал Пинелис и уже собрался было добавить: «Чем обязаны?» — но бабушка Тоня перебила его.
— Сегодня пятница! — объявила она.
— Совершенно верно, — подтвердил учитель, как будто она была ученицей, правильно ответившей на его вопрос.
Все дети — за исключением моей мамы — уже откровенно хихикали [22] В книге: хикикали.
. Кое-где раздался даже громкий смех.
— Нужно приготовиться к субботе, — сурово продолжала бабушка. — В доме много работы.
— В классе тоже трудная работа, — сказал Пинелис.
— Батия должна помочь мне в уборке.
— Мы сейчас в середине урока, — сказал учитель, — Батия вернется домой в полдень, после уроков, как все другие дети.
Бабушка Тоня переступила порог. Ее глаза оторвались от учителя и остановились на дочери. Мама медленно сложила свои книги и тетрадки в полотняный портфель и поднялась с места.
— Я должна помочь маме, — сказала она учителю таким тоном, будто не разрешения у него просила, а объясняла или, может, даже напоминала ему одно из правил миропорядка. Солнце восходит утром, реки текут в море, планеты движутся по своим путям, а дочери бабушки Тони должны помогать ей поддерживать в доме идеальную чистоту.
Читать дальше