Рут Рейчл - Чеснок и сапфиры

Панорама господина Шапиро не взволновала. Ему не терпелось приступить к процессу поглощения пищи. Я заранее попросила его забронировать стол на свое имя, и он властно произнес:

— Шапиро, стол на четверых.

Но, когда метрдотель повел нас в западном направлении, в сторону Гудзона, все еще сверкавшего в надвигавшихся сумерках, мистер Шапиро замотал головой и, указав пальцем, сказал:

— Нет, мы хотим сидеть там.

Метрдотель послушно повел нас в указанном направлении. За окнами появилась Ист-Ривер, но Шапиро не был удовлетворен: снова покачал головой.

— Стол у окна, — сказал он и стукнул кулаком об кулак. — Мы должны сидеть у окна. Хотим видеть город.

— Дайте сообразить, что я могу для вас сделать, — сказал метрдотель и отошел свериться со своими записями.

— Столы, — пояснил Шапиро, — все равно что гостиничные номера. Никогда не берите первый, что вам предложат. Они всегда ждут дурачка, готового согласиться на худшее место. Кто-то должен сидеть за плохим столом, но меня не интересует, кто это будет, лишь бы не я. Очень важно с самого начала потребовать самое лучшее.

Мы промолчали.

— Но вы, разумеется, и сами это знаете, — добавил он.

Я не призналась в том, что соглашаюсь на первое предложенное место. Метрдотель водил нас от стола к столу, но господин Шапиро их все забраковал. Когда наконец удовлетворился, бегло глянул в окно и проворчал:

— Рестораны с привлекательным видом никогда не бывают хорошими, — после чего уткнулся в карту вин.

Пошарив в кармане, вытащил маленький калькулятор.

— Это мой винный компьютер, — сказал он с гордостью. — Всегда беру его с собой в путешествия. Считаю за правило совершать выгодный выбор.

— Должно быть, на это уходит немало времени, — заметила я.

— Мы не торопимся, — сказал он беспечно. — Я привык покидать ресторан последним.

— Да ведь на это уйдет несколько часов! — запротестовала я.

— Не проблема, — самодовольно ответил Шапиро. — Во всяком случае, для меня.

И он снова углубился в карту вин.

Явился официант. Лицо у него было слегка озабоченное: похоже, его о нас предупредили.

— У вас особый повод? — спросил он весело.

Слово «особый» в устах уроженца Джорджии получилось змеистым и таким длинным, что прозвучало почти как самостоятельное предложение.

— Если желаете, мы для вас споем. Отмечаете день рождения или юбилей?

Мистер Шапиро, не опустив карту вин, прорычат сквозь нее:

— Никаких песен! — После чего громогласно крикнул: — Сомелье!

— Прошу прощения? — сказал официант.

— Сомелье, — сказал Шапиро. — Сомелье. Человек, который отвечает за вино. Я хочу позвать его сюда.

— Сначала, — возразил официант, — я назову вам блюда дня, особые блюда.

Слово «особый» снова выкрутило пируэт. Он начал перечислять фирменные блюда ресторана: фуа-гра — порция, рассчитанная на двоих (не знаю, показалось мне или нет, но уши Шапиро выглянули из-за карты), гребешки с сахарным тростником, салат из омаров, действительно особый (еще один пируэт). Официант порекомендовал «изысканную и дорогую фиесту из морепродуктов». Мистер Шапиро по-прежнему был погружен в мир вина. Когда официант дошел до конца списка, Шапиро вынырнул на поверхность и нетерпеливо повторил:

— Сомелье!

Я переглянулась с официантом.

— Почему бы сначала не подумать о меню? — сказала я. — Мы бы тогда подобрали вино к еде.

— Да, мадам. Благодарю, мадам, — официант и в самом деле был мне благодарен. — Пока вы решаете, я пойду, распоряжусь о вашей ahmusey.

— Вероятно, имелось в виду amuse, — пробормотал господин Шапиро, все так же из-за винной карты. — Сокращенно от amuse bouche, что означает «удовольствие для рта».

Карту он так и не опустил, а потому не знал, что официант ушел, так и не просветившись.

— Вы тоже разбираетесь в вине? — любезно спросил Майкл у миссис Шапиро.

Кроме слов «добрый вечер», мы от нее пока ничего не услышали.

— О нет, — ответила она. — Я пью то, что мне предлагает Дейви.

— А еду выбираете тоже по указке? — спросил он.

Я толкнула его под столом ногой.

— Честно говоря, я почти всегда на диете. Так что только пробую. А вот мальчики пошли в Дейви.

— Мальчики? — спросил Майкл. — У вас есть дети?

— Двое, — откликнулся мистер Шапиро, опустив наконец карту. — Когда младшему исполнится восемнадцать, устрою для них трехзвездное путешествие по Франции. А в это лето мы путешествовали с Бобби. Целый месяц ежедневно обедали по меньшей мере в одном трёхзвездном ресторане.