Аманда Смит - Черная Скала

Внизу Марва подметала пол.

— В жизни не видела ничего подобного, — сказала она, вытирая лоб. — Что-то с ней сегодня отучилось, что-то нехорошее. Как будто кто-то щелкнул выключателем у нее в голове.

— Да, я заметила это еще сегодня утром, на кухне.

— Да. Знаешь, миссис Робинсон говорит, что между вами что-то происходит. — Марва перестала подметать и уставилась на меня.

У меня заколотилось сердце.

— Между нами?

Марва сверлила меня сузившимися потемневшими глазами.

— Между тобой и доктором Родригесом. Миссис Робинсон считает, что ты с ним крутишь.

— Я вчера весь вечер была в кино. Клянусь тебе. Клянусь жизнью моего отца.

— А я ничего и не говорила насчет вчера.

В ту ночь в доме царила странная атмосфера, как будто кто-то умер. Я долго не могла заснуть, гадая, что нас теперь ожидает. Все происшедшее казалось дурным сном. Сквозь сон я услышала, как в комнату, постучав три раза, вошел доктор Эммануэль Родригес. Я отодвинулась на край кровати, освобождая ему место. На то, чтобы раздеться, у него обычно не уходило много времени. Я очень обрадовалась; я не ждала, что он сегодня придет. Поэтому, когда он присел на край постели, а потом скользнул под простыню, я благодарно прошептала: «Как хорошо, что вы пришли», — и придвинулась поближе. Мне необходимо было, чтобы он обнял меня, чтобы сказал, что все будет хорошо. Холодные пальцы скользнули по моей руке от плеча к запястью. Я сказала: «Сегодня она ужасно меня перепугала». Но он молчал, и я придвинулась еще ближе. Потом я повернулась к нему — взглянуть на него, найти его губы. Было плохо видно, и сначала у меня мелькнула мысль, что это сон, но даже в темноте я узнала силуэт миссис Родригес. Спрыгнув с кровати, я щелкнула выключателем. Ее лицо ничего не выражало; его даже можно было бы назвать спокойным, если бы не глаза, которые буквально пригвоздили меня к месту. Очень медленно она встала и направилась ко мне. Белый пеньюар распахнулся, я увидела маленькие груди с крошечными темными сосками и каштановые волосы у нее между ног. Впервые за все время мне стало по-настоящему страшно.

— Я никогда не хотела причинить вам боль, миссис Родригес.

Открылась дверь. Я увидела доктора Эммануэля Родригеса и разрыдалась от облегчения.

До того, как она уехала, нам не удалось перекинуться ни словом. На прощание она поцеловала детей с таким видом, будто это были чужие дети, а не ее собственные. Джо попытался удержать ее руку, но она высвободилась, чтобы подойти к зеркалу и поправить шляпку и безупречную прическу. Рано утром доктор Эммануэль Родригес отвез жену в салон, чтобы ей привели в порядок волосы, и ждал ее там, на случай, если что-нибудь произойдет. Он сам выбрал ее дорожный костюм: элегантную юбку и жакет из бледно-розового габардина. Сначала она не хотела это надевать. Я слышала, как он мягко ее уговаривает:

— Дорогая, ты едешь первым классом и должна соответственно одеться.

Несмотря на то что ее глаза хранили утомленное и отсутствующее выражение, она выглядела хорошенькой. Вильям вынес ее чемодан и положил в багажник. Потом он открыл ворота. Стоя на площадке второго этажа, я смотрела, как они отъезжают. Миссис Родригес не оглянулась.

В эту неделю перед ее отъездом я почти не видела доктора Эммануэля Родригеса. Его жена слишком слаба, чтобы оставлять ее одну, сказал он. Сильные лекарства заставляли ее спать. Пока она их принимала, никакой опасности не было. Тем не менее он оставался рядом с ней и днем, и ночью, либо в спальне, либо в гостиной, где она сидела в кресле, уставясь в никуда, а он читал свои медицинские журналы. Он нанял сиделку, которая должна была сопровождать его жену в Англию. Теперь наконец он сможет отдохнуть. После того как Марва и Вильям закончат работу и уйдут, никто, если не считать детей, не помешает нам быть вместе. А после того как Джо будет ложиться спать, станет еще проще. Доктор Эммануэль Родригес сможет приходить ко мне в комнату, когда захочет, или я могу спать в его спальне, нужно только запирать дверь. А может быть, полезнее всего для нас сейчас был бы уик-энд в «Авалоне». Никто не подумает ничего плохого. Мысленно я перебирала знакомые места: Ботанический сад, пляж, кинотеатр, церковь. Мы можем ходить туда все вместе, как семья. Если не вести себя чересчур фамильярно, все будет в порядке. Люди станут говорить: «Знаете, его жена заболела, и горничная оказалась просто незаменимой». И скоро все слухи прекратятся сами собой.