Аманда Смит - Черная Скала

Я торопливо шла по дороге. Было тихо, как будто все вокруг умерло. Я думала о Джейн Мэйнгот и ее матери, спящих у себя дома. О том хорошем человеке, за которого Джейн выйдет замуж и родит от него детей. Она будет спокойно и благополучно жить в Черной Скале, ее дети будут учиться в школе Сент-Мэри, а по воскресеньям, одевшись понаряднее, они всем семейством будут ходить к мессе в церковь Сент-Джон, где их будет встречать отец Кармайкл и где висит табличка в память ее отца Уилфрида. Она проживет долгую и счастливую жизнь. В отличие от меня. Моя жизнь не будет счастливой. Так сказала миссис Джеремайя.

Проход к берегу было трудно различить в темноте. По ночам на песчаный пляж часто вылезают крабы, но я надеялась на них не наткнуться. Еще там могли быть черепахи, которые закапываются в песок, чтобы отложить яйца. Море казалось необъятным, непонятно было, где оно начинается и где заканчивается. Я радовалась, что луна освещает мне путь, но старалась пореже смотреть на нее из опасения, что она меня заворожит. В отраженном лунном свете черная скала казалась неведомым выходящим из моря существом. Решив до рассвета поспать на берегу, я укрылась листьями кокосовой пальмы. Ранец служил мне подушкой. Вокруг летали тучи комаров, я слышала их жужжание у себя над головой.

Едва рассвело, я продолжила путь в сторону Скарборо. Я была одна на свете, я чувствовала себя самым одиноким в мире человеческим существом. Торопливо шагая по дороге, я не останавливалась ни возле мангровых деревьев, ни возле морского винограда, чтобы поискать спелую ягодку. Я проходила мимо маленьких домиков и зеленых лужаек, на которых мальчишки иногда играли в крикет, но сейчас все еще спали. И даже в деревне никто еще не сидел в дверях своих жилищ. Автобуса не пришлось долго ждать, и в нем не было никого из знакомых, чему я очень обрадовалась. Водитель не обратил внимания, что я выгляжу несчастной и отчаявшейся, как человек, решившийся на побег.

К шести часам утра я стояла на окраине города, глядя на поблескивающие крыши домов и магазинов. Море было таким спокойным, что казалось нарисованным, а корабль, который должен был отвезти меня на Тринидад, уже ждал в гавани. Вдоль всей центральной улицы сновали люди, сгружая товары с грузовиков и тележек. Продавцы, готовясь к рыночному дню, выкладывали на полки овощи и фрукты.

Я поднялась на холм. Становилось жарко, солнце поднималось все выше по бледно-голубому небу. Скоро станет совсем жарко, и тогда мне уже не захочется карабкаться по холмам. Недалеко от церкви Сент-Джордж какая-то женщина поздоровалась со мной, как со знакомой, но я ее не знала и не стала отвечать. Присев на ступеньки церкви, я вынула манго и впилась в сочную желтую мякоть. Несколько минут я просто сидела и ела. Мимо меня прошли мама с дочкой — девочка в отглаженном и накрахмаленном новеньком школьном платье крепко держала мать за руку. Почему-то мне захотелось швырнуть в них манговой косточкой, но вместо этого я аккуратно положила ее на землю. Заметив торчащие из живой изгороди розовые цветы гибискуса, я подошла и сорвала один.

Могила моей матери заросла высокой травой, среди которой виднелись несколько ростков Ти-Марии [5] Обиходное название тропического растения кордилина верхушечная семейства агавовых. . Выдернув их, я также вырвала часть травы и сложила в кучку. Я обвела пальцем каждую букву надписи на деревянном кресте, где значилось «Грейс Анжела Д’Обади» — и дата смерти, совпадавшая с датой моего рождения. Положив цветок в изголовье, я легла на могилу и обняла ее в том месте, где, как мне казалось, должно было находиться тело матери. Я вновь залилась слезами. Нет, я не чувствовала себя несчастной. Я была брошена в грязь и ненавидела Романа за то, что он сделал.

Городская пристань была запружена народом, и трудно было понять, где начинается, а где заканчивается очередь за билетами. Большинство людей, толпившихся возле ограждения, ожидали начала посадки. Судно должно было отчалить в одиннадцать тридцать.

Купив билет, я попробовала пробиться сквозь толпу или обойти ее, но и то, и другое оказалось невозможным.

— Станьте все в очередь, — распорядился контролер.

— А где она начинается? — поинтересовался кто-то.

— Здесь! Она начинается здесь! — выкрикнул контролер, указывая направление.

Толпа хлынула вперед, меня сдавили со всех сторон, и мне ничего не оставалось, как двигаться вместе с людским потоком. Что, если один из нас упадет, только один?