Рейчел Кинг - Полет бабочек

Джон вздрогнул и оглядел всех, будто только что очнулся от сна.

— Со мной, сэр?

— Да. Она очень увлечена ботаникой. Я всегда поддерживаю все ее увлечения — пусть занимается чем-нибудь, пока не родились дети. Ей вдруг стал очень интересен растительный мир. Вечно утыкается носом в книжки про растения. Мне приходится сдерживать ее, чтобы она одна не убегала в лес — посмотреть на них: там слишком много опасностей. Но если вы хотя бы раз позволили ей отправиться вместе с вами в одну из экспедиций за растениями, она была бы счастлива.

— Ну конечно, — сказал Джон и улыбнулся впервые за весь вечер.

После обеда, который завершился портвейном из Опорто и сыром из Корка — на что Сантос с гордостью обратил всеобщее внимание, — хозяин дома повел всех дальше в глубь здания, которому, казалось, не было конца. Они прошли сквозь занавес в задней части зала ресторана и затем через тяжелую дверь. Как только дверь отворилась, их взорам предстала картина, поражающая воображение. Еще сидя за столом, Томас обратил внимание на людей, которые проходили через обеденный зал, но он и представить себе не мог, что их так много. В помещении стоял неимоверный гул: человек сто мужчин разговаривали одновременно, все в вечерних фраках — кто-то расположился вокруг длинных столов, кто-то сидел за маленькими круглыми столиками, а кто-то прислонился к барной стойке с напитками в руках. Дым повис над их головами, словно гряда грозовых облаков.

— А теперь, джентльмены, немного повеселимся, — произнес Сантос.

Он вручил каждому из них по скрученной пачке купюр и жестом пригласил в зал. Томас пошел вперед и увидел столы, предназначенные для рулетки, и мужчин, играющих в карты. Везде шла игра на деньги.

Постепенно Томас начал различать отдельные звуки и голоса в этом гуле, почти так же, как в первый день пребывания в тропическом лесу: вот скрипело колесо рулетки, вот щелкали карты, мужчины смеялись, чей-то голос сердито разговаривал на повышенных тонах. Из угла доносились тренькающие звуки пианолы, и кто-то насвистывал эту же мелодию, где-то разбился стакан. В зале также находились и женщины — они наклонялись к играющим мужчинам, выставляя напоказ свои формы в декольте. Одна из женщин проплыла мимо, не глядя на него, — на ней была шубка. Лицо у нее раскраснелось, но она все равно куталась в мех. Проходя рядом с ним, женщина слегка оступилась, и Томасу вдруг подумалось, что интересно было бы увидеть ее как-нибудь ночью, в полуобморочном состоянии, изнемогающей от жары.

— Я приготовил для нас столик в этом углу, джентльмены, на тот случай, если вам захочется посидеть и понаблюдать.

Сантос жестом указал на большой полукруглый диван с подушками, стоявший возле стола. Томас благодарно кивнул, и все двинулись к нему, за исключением Эрни, который уже растворился в толпе.

На столе, в ведерке со льдом, стояло шампанское. Сантос открыл бутылку, сопровождая выстрел пробкой громким возгласом, и разлил пенящийся напиток по бокалам. От обильной еды и крепких напитков у Томаса уже шумело в голове, но он из вежливости взял бокал. Джон, рядом с ним, сделал большой глоток шампанского и вытер рот. Томас не видел раньше, чтобы товарищ так много пил.

— Предлагаю тост за вашу экспедицию, господа!

Раздался звон бокалов, и улыбка, которой Сантос одарил Томаса, была такой теплой, что тот воспринял ее всей душой. Он последовал примеру хозяина и выпил залпом до дна. После того как Сантос вновь наполнил бокал, Томас осмелел.

— А этот тост — за нашего великодушного хозяина.!

Джордж присоединился к тосту, с искренней серьезностью кивая головой, и чокнулся со всеми.

Красивая женщина лет сорока подошла к столу, и Сантос, поднявшись с места, взял ее за руку. Наклонился, чтобы поцеловать ее пальцы в перчатках.

— Сеньора да Сильва, — сказал он, — вы выглядите сегодня бесподобно. Не желаете ли присоединиться к нам — хотя бы ненадолго?

Она зашуршала черным платьем, усаживаясь, и окинула оценивающим взглядом сидящих за столом мужчин.

— Это ваши английские гости, сеньор Сантос? Поэтому вы говорите со мной по-английски?

Сантос представил ей всех по имени; тем временем украшение на голове женщины — высокое перо, напомнившее Томасу о лошадях, которые привезли их сюда, — все время покачивалось над ней. Когда она говорила, обнажались ее крупные зубы в пятнах, но когда она улыбалась, то держала губы крепко стиснутыми.

— Не прислать ли мне несколько моих девочек — составить компанию этим господам?