Рейчел Кинг - Полет бабочек

В Сантареме в распоряжении путешественников было изобилие хорошей еды — здесь пекли вкусный хлеб, регулярно снабжали отряд мясом, и каждый вечер, вернувшись к себе после трудового дня, они угощались арбузом, приветствуя жестами соседей, которые собирались возле собственных домов, чтобы покурить, поболтать и поиграть в шашки. Томас заметил, что это были всегда одни мужчины — похоже, в этом городе женщин на улицу не выпускали.

Когда настало время покинуть город и продолжить путешествие вверх по Тапайос, Томас вдруг забеспокоился, что теперь им придется голодать: он был уверен, что в глухом тропическом лесу, вдали от города, его желудку уже не будет уделяться такого внимания. Антонио условился, что пойдет вместе с ними сопровождающим, — он хорошо знал эти места. С собой он взял молчаливого повара-индейца, которого они наняли в этом доме, и еще двоих: Жоао, невысокого, но крепко сбитого и сильного мужчину лет тридцати, который знал английский язык и был их проводником в окрестностях Сантарема, и Пауло, который с огромным удовольствием исполнял роль верного помощника исследователей — таскал им продовольствие, по очереди с ними охотился и рыбачил. Томас нечаянно услышал, как Пауло давал какие-то распоряжения Жоао и как тот немногословно отвечал — ограниченного знания португальского языка Томасу хватило, чтобы перевести примерно так: «С каких это пор ты стал моим папой, малыш?» Если повезет, тем более если рядом будут местные жители, ловкие и умелые, голода можно не бояться. Эрни предусмотрительно пополнил запасы медикаментов, в частности хинина. Джордж уже напугал всех однажды, когда, проснувшись утром, почувствовал, что его немного лихорадит, но к концу дня все прошло — это был всего лишь мимолетный озноб.

Чтобы подстраховаться, они все стали ежедневно принимать по небольшой дозе хинина.

Теперь их способом передвижения должны были стать нетесаные лодки, на которые Томас уже давно был готов пересесть. Они взяли два больших каноэ, на каждом из них было по небольшой кабинке, служившей укрытием: здесь висели гамаки и хранились вещи — снаряжение и продовольствие. Утром в день отправления прибыл Антонио с ящиками соли и инструментами.

— Ничего себе! — воскликнул Эрни. — Зачем нам столько соли? Не пойдем ли мы с ней ко дну?

— Мы ее продадим, — пророкотал Антонио. — Еще спасибо скажете, когда будете есть свежих цыплят.

— Я бы лучше попробовал на вкус мясо обитателей джунглей, — ответил Эрни. Он слегка подтолкнул локтем Томаса, — Ленивца и обезьяны, Томас. Я слышал, они очень вкусные.

Томас насупился, и даже Джордж не сдержал улыбки.

— Держу пари, Джон перепробовал их всех, — сказал Джордж.

Джон, помогавший Пауло грузить ящики на каноэ, сделал передышку. Утер лоб рукавом.

— Ну, ленивцев я не пробовал, но обезьян ел, все правильно, да и змей тоже. В таком месте, как это, голодать не придется.

— Да, — сказал Джордж, — полагаю, тебе не привыкать питаться всякой дрянью, что только под руку попадется.

Он взмахнул в сторону Джона носовым платком, прежде чем уложить его на тыльную часть шеи. Джон отвернулся от него и продолжил работать, но Томас заметил, как Эрни перемигнулся с Джорджем. Им двоим было явно весело, однако Томас не имел ни малейшего желания участвовать в этих играх.

— Давай сюда, — сказал он и наклонился, чтобы помочь Джону перетащить большой ящик с книгами.

«Ящик Джорджа», — отметил он про себя и крепче подхватил ящик, когда они переносили его через полоску воды между пристанью и лодкой, — на тот случай, если Джону вздумается его уронить. На мгновение они встретились взглядами, и в глазах Джона он прочел все, что хотел сказать этот сильный человек. Рубашка на нем была расстегнута, пот ручьями струился по шее и стекал в спутанные темные волосы на груди — потом Джон смоет все в реке. Внезапно Томасу открылось, что таится за энергичной манерой плавания, которую он заметил у товарища, — таким образом великан очищался от недобрых чувств, чтобы каждое утро вновь и вновь находить в себе силы работать рядом с теми двумя, которые его не уважают.

— Спасибо тебе, Томас, — сказал Джон, когда последний ящик исчез внутри кабинок.

Они оба посмотрели на остальных двоих, которые стояли на пристани и разговаривали. Джордж отмахивался рукой от назойливой пчелы-камешцицы, а Эрни, как обычно, курил. Томас подошел к ним, и Эрни поднял на него глаза.

— Неужели они уже закончили? О, чудесно. Значит, дело за нами? Пора идти?