Мо Янь - Страна вина

2. Слышал я, Чжао Дацзуй, аспирант Литературной академии имени Лу Синя, утверждает, что классическое блюдо кантонской кухни «Дракон и феникс являют добрый знак» готовят из ядовитой змеи и фазана (конечно, в наши дни, когда всё делают спустя рукава да еще и подворовывают, велика вероятность, что вместо них окажутся угорь и курица). У тебя же, уважаемый, исходным материалом для приготовления блюда «Дракон и феникс являют добрый знак» вдруг становятся гениталии ослов и ослиц. Вот уж не знаю, кто отважится прикоснуться к этому палочками. Боюсь, здесь налицо неприкрытая тенденция к буржуазной либерализации и критики примут это блюдо в штыки. Сейчас литературные круги могут похвастаться выдающимися личностями, которые с собачьим нюхом и орлиной зоркостью, с лупой в руке выискивают «грязь» в литературных произведениях. Спрятаться от них непросто, это все равно что треснувшему яйцу прятаться от мух. За последние несколько лет они меня всего заплевали своей клейкой, до невозможности вонючей слюной за написанные когда-то «Радость» и «Красную саранчу». [109] Вышедшие в 1987 г. повести Мо Яня «Радость» и «Красная саранча» подверглись ожесточенной критике за смелую и реалистичную образность. Действуют они в духе времен «банды четырех»: [110] «Банда четырех» — левацкая фракция из четырех руководителей Коммунистической партии Китая во главе с Цзян Цин, последней женой Мао Цзэдуна. Пришли к власти во время «культурной революции» 1966–1976 гг., впоследствии обвинены во всех беспорядках тех лет. вырывают фразы из контекста и бьют по ним, не обращая внимания на остальное и не учитывая роли этих «нечистоплотных деталей» в произведении и особенностей контекста, в котором они появляются. Литературная ценность произведения их не интересует, они подвергают автора яростным нападкам исключительно с точки зрения физиологии и этики, и к тому же ничего не дают сказать в оправдание. Так что, основываясь на своем опыте, считаю, что лучше тебе заменить это блюдо на какое-нибудь другое.

3. Теперь о Юй Ичи. [111] И чи — досл. «один чи». Этот персонаж вызывает большой интерес, хоть ты и отводишь его описанию не так много места. Образы карликов можно найти в произведениях и китайской, и зарубежной литературы, но таких, которые можно назвать классическими, немного. Надеюсь, ты сумеешь раскрыть свой талант и обессмертить этого карлика. Он, случайно, не заказывал тебе свое жизнеописание? Уверен, что оно могло бы получиться очень интересным. Выходец из интеллигентной семьи, начитанный, знаток поэзии, эрудированный карлик несколько десятилетий терпит невыносимые унижения, но в один прекрасный день вдруг происходит его стремительное возвышение. Он обретает деньги, славу, положение и клянется «оприходовать всех красавиц Цзюго». Какая мотивация кроется за такими дерзкими и пафосными речами? Какого рода изменения происходят при этом в его психике? Каково его душевное состояние после этого? Все это может стать основой первоклассных литературных произведений. Почему бы тебе не дерзнуть?

4. Начало рассказа — уж извини за прямоту — пустая болтовня, читается легко, но фактически не несет никакого смысла, и если его исключить, текст станет компактнее.

5. Отцом двух девушек-лилипуток в рассказе у тебя выступает руководитель общенационального уровня. Если это откровенное прославление, то, конечно, чем выше его положение, тем лучше. Но в твоем рассказе часто проскальзывает пренебрежительное отношение к важным персонам, а это ой как нехорошо. Ведь общество вроде пагоды: чем выше, тем ограниченнее круг людей и тем легче определить, кому в действительности соответствует твой персонаж. А если кто-то с вершины пагоды вздумает разобраться с тобой по-настоящему, это будет покруче чем простуда. Поэтому рекомендую изобразить этих лилипуток-двойняшек не такими выдающимися особами, а их отца-чиновника сделать чуть пониже рангом.

Чувствую, получилось у меня много сумбурного и противоречивого, ибо писал всё подряд, что в голову взбредет. Так что прочитаешь и отложи в сторонку, не надо принимать всё всерьез. Если чего и следует бояться в этом мире, так это двух этих слов — «принимать всерьез». Принимающий всё всерьез обречен на неудачу.

Твою «Ослиную улицу» пошлю, пожалуй, тоже в «Гражданскую литературу». Если там не возьмут, буду думать, куда еще предложить.

У меня уже написано несколько глав романа «Страна вина» (рабочее название). Поначалу считал, что писать про вино у меня получится, потому что пару раз случалось напиваться. Однако, начав работу, столкнулся с немалыми трудностями: слишком много сюжетных линий. В отношении человека к вину проявляются чуть ли не все противоречия процесса существования и развития человечества. Обладатель великого таланта мог бы создать поистине замечательное литературное произведение на эту тему. Моих же способностей, к сожалению, недостаточно, и поэтому одни переживания и разочарования: хвост вытащишь — нос увязнет. Надеюсь, в последующих письмах мы будем больше говорить обо всем, что связано с вином, и, может быть, ко мне придет вдохновение.