Марк А. Радклифф - Ангел Габриеля

— Вы просто продавали услуги, — удивился Кевин. — Никто ведь не заставлял их покупать.

— В общем, да, можно сказать и так, почему бы и нет. Конечно, мы продавали услуги, на которые был спрос, но деньги, которые мы получали, были деньги налогоплательщиков, и простые люди отдавали их на медицину и образование, а они капали в карман мне, моим партнерам и — когда мы учредили компанию — держателям акций. Стоимость акций подкреплялась деньгами, изъятыми из государственного бюджета, что делало их очень выгодным капиталовложением, а потому они становились все более и более популярными, и в результате акционеры сделались чересчур жадными и начали давить на нас, побуждая обеспечивать еще большую прибыль, для чего требовалось свести содержательную составляющую журнала к минимуму, сократить штат, продавать все больше места под рекламу. Но никто никогда не задавался вопросом: а не занимаемся ли мы морально ущербной деятельностью?

— Что вы стали делать, когда задались этим вопросом? — спросил Клемитиус.

— Начала пить больше, чем нужно, — призналась Ивонна. — Это оказалось большой ошибкой, потому что, во-первых, стало причиной некоторых довольно неприглядных событий в моей жизни, а во-вторых, потому что дало моей компании предлог от меня избавиться. Они, правда, отделались от меня изящно: повысили по службе, то есть назначили исполнительным директором, что на деловом жаргоне обозначает пустое место. Жаль, что у них не хватило духу выгнать меня совсем. Тогда я решила выступить в роли менеджера проекта. Сперва я попыталась на вполне законных основаниях убедить мою компанию финансировать образовательные проекты, учредить награды, фонды, занимающиеся проблемами профессионального роста. В общем, заняться полезными делами. Таким способом мы смогли бы вернуть хотя бы часть получаемых нами денег тем, кому они на самом деле предназначались, и создать нашей фирме более позитивный имидж. Но наши идиоты не видели смысла, то есть прибылей, поэтому отвергли мои предложения.

Тогда я занялась деятельностью, которая шла вразрез с интересами моей собственной компании. Я вступила в переговоры с правительственными структурами и учредила несколько бесплатных веб-сайтов и бюллетеней специально для размещения там объявлений о приеме на работу. У меня имелись все необходимые контакты с нужными людьми, требующиеся для такого рода бизнеса. Вообще-то, многие давно негодовали по поводу того, что им нужно платить таким, как мы, лишь для того, чтобы укомплектовать штаты государственных учреждений и служб. Стоимость акций моей компании упала на сорок пять процентов. Я провела встречи с представителями профсоюзов и заключила с ними соответствующие соглашения. А в своей фирме никому не сказала об этом ни полслова. Семь месяцев я проделывала эту чертовски тяжелую работу, и никто ни разу не задал мне вопроса, чем я занимаюсь. Ведь я была неподотчетна кому бы то ни было.

Но каким-то образом они все-таки почуяли, откуда дует ветер. Это произошло примерно за три недели до того, как новая созданная мною рекламная сеть должна была заработать. Конечно, я знала, что рано или поздно они что-нибудь да пронюхают. Начальник отдела маркетинга ходил за мной словно привязанный. Как выяснилось, я в свое время наняла безвольного идиота. Но они оказались еще более грязными свиньями, раз наняли тебя, Кевин. Очень жаль. Мне бы очень хотелось быть там в первые месяцы работы сайтов и рекламных бюллетеней. Но к сожалению, я пропустила самый важный момент.

— Итак, — резюмировал Клемитиус, пытаясь быть как можно более любезным, — вы не кто иной, как своего рода современный Робин Гуд, — крадете у богатых, чтобы отдать бедным?

— Нет, — возразила Ивонна. — Просто устала сидеть на шее у государства да еще и получать за это похвалы. Господи, да если бы я была матерью-одиночкой, живущей на социальное пособие, меня бы все презирали, но меня за принятые от государства миллионы объявили кандидаткой на звание «Бизнес-леди года».

— У меня вопрос, — встрял Габриель.

Ивонна посмотрела на него, поджав губы.

— Почему ты здесь? У меня сложилось такое впечатление, что ты была хозяйкой своей жизни, пыталась сделать что-то правильное… Вот я, например, не помню за собой ничего подобного, — правда, на меня вообще нечего равняться в этом отношении, но… Знаете, я все-таки чего-то не понимаю.

— Да, почему, на ваш взгляд, вы очутились тут? — спросил Ивонну Клемитиус. — Подумайте как следует, постарайтесь хорошенько припомнить всю свою жизнь и все, что, возможно, помешало вам полностью задействовать потенциал, заложенный в вашей личности.