Владимир Мальцев - О том, что сильнее нас

На том и расстались, больше я её не видел. Хотя спустя год — заглянул в чат её муж. По всему было видно, что товарищ уже сыт по горло и не знает, что ему делать. Я посочувствовал, не раскрыв своей роли, но сказав, что немного знаком с Аней, попросил передать привет. Посочувствовал — от души. Представив себя на его месте. Обалденная, изумительная, восхитительная, феерическая женщина, но постоянно жить с такой… Кто угодно за пять лет либо сопьётся, либо в психушку рухнет! Эх, а я ведь почти полгода считал себя законченным идиотом, конструячившим вместе с двумя трактористами тот экипаж и мчавшимся сквозь ночь — только для того, чтобы отвезти Аню сопернику!

Единственным обстоятельством, омрачавшим воспоминания, но, кажется, и там в итоге всё обошлось, хоть и чревато было, — был последний удар Аллы, на этот раз действительно последний, которая хоть и прекратила подрывную деятельность среди моих друзей и знакомых, но от мысли отомстить отнюдь не отказалась. Обнаружив на Иероглифе серию фотографий с Аней и догадавшись, что здесь всё серьёзно, Алла неведомым мне способом провела разведку и обнаружила существование в природе второго. Будущего мужа. И почему-то — пошла по линии слить ему информацию обо мне. Не знаю, насколько обширную, не знаю, как… Собственно, я сам заподозрил наличие второго только когда на мой телефон пошли странные звонки из места, пару раз упомянутого Аней и пару раз слышанного в чате.

Тяжёл оказался совместный дар Байкала и Реки. Неподъёмен. Взял я его в когти, воспарил, да так и упал в ближайшее болото. То есть — ой что со мной творилось… Я был в ауте. Я был в дауне. Я не мог заниматься ничем, не мог думать ни о чём! Я лежал на диване, курил сигарету за сигаретой, пил чай чашку за чашкой… Изредка вставая и засовываясь больше по инерции в Интернет. Меня утешали Машка со Стасом, через день заезжавшие чайку попить да плёнки посканировать на моём сканере. Двусмысленны были их утешения. Стас излучал зависть. Приговаривал, что одному из тысяч дано в моём возрасте купаться в подобных приключениях, что он бы отдал всё на свете, чтобы его сороковые стали такими же. Машка ехидно комментировала, что а нефиг старому козлу за молодыми бегать, допрыгался, мол. В общем, понятно.

– Вов, а я, чтобы напомнить.

– Саш, о чём?

– О своём грядущем дне рождения! Помнится, ты кое-что пообещал.

– Саш, а нельзя перенести в другое место? Ты же видишь, в каком я состоянии, не смогу я кучу гостей принять, не смогу на чужом, даже на твоём, празднике жизни радоваться. Сил нет у меня, желания нет…

– Вов, поздно. Я уже людей пригласила. Но я тебя понимаю, будет всего двадцать — двадцать пять человек, посидим часа два-три да и уйдём.

– Знаешь, Саш, если иначе действительно никак, то давай. Но – Христом Богом прошу, чтобы не больше названного тобой количества. Да и не влезет больше в мою малогабаритную двушку. И чтобы действительно три часа и чтобы потом в квартире убрались, нет у меня сил ещё и убираться.

– Договорились. Обещаю. Вов… Я попытаюсь тебя там с хорошими девушками познакомить. Вдруг какую выберешь.

Хрен там договорились. Хрен там обещания. Знаете сколько народу она в итоге натолкала ко мне в квартиру? Шестьдесят пять человек! В квартиру не влезали. Народ тусовался от крыльца и по всей лестнице с первого до третьего этажа! Бутылок принесли прорву, а закуски — две курочки гриль на всю орду, так что уже через полчаса половина была пьяна до положения риз.

Обещанное знакомство с девушками выглядело ещё забавнее. Саша подводила ко мне очередную претендентку. Я устало принимался её охмурять. Как только усилия по охмурению начинали приносить хоть какие-то плоды, на горизонте опять обрисовывалась Саша, уводила её помочь вытереть какую-нибудь очередную лужу на полу, а там перевешивала девицу на кого-либо другого, а ко мне подводила новую.

Через час я был уже зол как голодный сапожник. Весь этот бардак стоял у меня поперёк горла. Просто чтобы не сорваться — я дезертировал. Просто ушёл гулять. Вооружившись бутылкой лимонада и пачкой сигарет, сидел в сквере в квартале от дома и старался не слышать доносившихся даже и туда воплей всей этой гоп-компании. Смотрел на часы и считал остающееся время. Злость нарастала.