Лесли Уоллер - Американец

— Прежде всего, я здесь в отпуске. Независимо от того, чем мне приходится заниматься. Во-вторых, меня меньше всего волнует, что, по мнению Гарри, может произойти на Совете директоров. Я просчитал почти все альтернативные варианты, и, знаешь, они меня не очень-то и пугают. Даже если случится то, чего он больше всего боится, все можно будет исправить, когда я закончу здесь дела и вернусь в Нью-Йорк. Да, конечно же, это потребует какого-то времени, затрат и даже возможных потерь, но, поверь мне, вопрос будет решен. Причем в нужную сторону. Не сомневайся.

Она замолчала. Настолько долго, что Палмер, не выдержав, чуть ли не закричал в трубку:

— Вирджиния, где ты? Ты меня слушаешь?

— Только часть меня, — донесся до него ее спокойный голос. — Другая пытается тебя понять. Хотя на это, думаю, не хватит и целой жизни. Интересно, это того сто́ит?

Палмеру захотелось тут же бросить трубку. Но он сдержался. Сделал несколько глубоких вздохов.

— Вирджи, ты можешь оказать мне небольшую услугу?

Она чуть слышно вздохнула.

— Думаю, да.

— Боюсь, у вас, тебя и Гарри, недостаточно информации. Постарайтесь собрать чуть побольше. Поговори со своими газетными приятелями, телевизионщиками, в конце концов, даже со знакомыми политиками… Не ломать же мне все свои планы из-за бог знает каких опасений и непроверенных слухов!

Он подождал. Немного, но подождал… Никакого ответа. Значит, придется использовать отвлекающий маневр. Который он в свое время проделал с Гарри. Давно, но, надо сказать, весьма успешно. Ну и почему бы не проделать его еще раз? Во всяком случае, попробовать. А вдруг пройдет? Хотя они оба совсем разные и наверняка совсем по-разному относятся к нему и к его делам.

В трубке наконец-то послышался голос Вирджинии. Правда, тон был странно равнодушным.

— Какого рода сведения тебя больше всего интересуют, Вудс? И, главное, в каком объеме. Здесь же не говорят об этом на каждом углу. Или ты предпочитаешь уйти в тень и отстранить меня? Остаться один?

— Прости, не сердись. Но мне нужно намного больше информации, чем у меня есть. Во всяком случае, на данный момент. Поверь, очень нужно. Ну а там будет видно.

— Ясно, ясно. — В ее голосе на другом конце провода послышались нотки легкого раздражения. Или он ошибался? Во всяком случае, полной уверенности у него не было. — Но учти, это ставит меня в очень неудобное положение, — продолжила Вирджиния. — Добыть инсайдерскую информацию о конкуренте! Не слабо. Впрочем, что уж тут такого необычного? Так делают все. — Последовала очередная долгая пауза. — Ладно, как у тебя в остальном?

— Нормально.

— Я имею в виду, со здоровьем, ну и тому подобным.

— Да никаких проблем. Все вроде бы в полном порядке.

— Прекрасно. Тогда спокойной ночи.

— Вирджиния?

— Я позвоню тебе завтра… Нет, лучше ты сам позвони мне.

— Хорошо. Когда? Завтра вечером?

— Нет, завтра четверг. Позвони мне в пятницу. Мне нужно немного больше времени. Удачи тебе.

— Спасибо… Алло, алло?

Ему почему-то захотелось еще раз услышать ее голос, но, напрасно прождав минуты две, он понял, что, пожелав ему удачи, Вирджиния тут же положила трубку.

Немного подумав, он связался с коммутатором отеля.

— Это мистер Палмер. Меня интересуют некоторые детали о последнем звонке из Нью-Йорка.

— Да, конечно, мсье.

— Сколько они пытались связаться со мной?

— Секундочку. — До него донеслись невнятные звуки шелестящей бумаги. Очевидно, оператор просматривал записи в дежурном журнале. — Так, вот, мсье: первый звонок из Нью-Йорка был сделан в полночь по парижскому времени. И после этого каждый час.

— Благодарю вас.

Палмер положил трубку и медленно прошел в спальню. Значит, Вирджиния искала его целых семь часов. То есть ей понятно, что его не было в отеле всю ночь и что он вернулся туда только где-то под утро.

Он присел на краешек постели, долго смотрел на узор коврика под ногами, затем, тяжело вздохнув, нырнул под покрывало. Но уснуть так же легко и просто, как раньше, уже не смог…

Усталый и на редкость раздраженный Палмер заставил шофера своего «мерседеса» прождать на стоянке отеля целых полчаса, чтобы тщательно побриться, одеться, внимательно осмотреть себя в зеркало. В девять тридцать он неторопливо спустился в вестибюль, вышел на улицу и немного постоял, глядя на уже достаточно плотное движение на Вандомской площади.

Водитель сразу же увидел его, но ему потребовалось по меньшей мере минут десять, чтобы, лавируя между резво снующими и постоянно сигналящими машинами, доставить свой длинный лимузин к подъезду. Заметив на заднем сидении мисс Грегорис, Палмер довольно усмехнулся. Ну что ж, день, похоже, начинается не так уж и плохо.