Александр Коротенко - Трепанация

Все было хорошо, но Паша, в отличие от других молодых людей, не признавался Веронике в любви. Это не то чтобы беспокоило ее, а скорее нарушало привычное для нее развитие отношений. Хотя куда развиваться отношениям, когда признания в любви сказаны, тоже непонятно.

Так вот, не дождавшись признания, Вероника решила сама задать Паше этот простой вопрос. «Ты меня любишь?» – спросила она его, глядя в глаза. Он не отвел глаз, не воскликнул: «Да!», он взял ее за плечи и спокойно, но внушительно сказал ей, чтобы она больше никогда не произносила этого слова, если хочет, чтобы их отношения продолжались.

– Я уважаю тебя и не могу унизить тем, что, как аник, примитивно влюблюсь. Это унизит нас обоих, понимаешь?

– Нет.

– Любовь – это примитив, анахронизм общества. Любить – значит становиться рабом или подчинять себе кого-то. Ты же хочешь оставаться свободной?

– Да, – растерянно проговорила Вероника.

То, как интересно говорил Паша, создавало впечатление правильности его суждений. Хотя и казалось иногда, что не все слова принадлежат ему. В любом случае, благодаря его убеждению, она согласилась с достоинствами дружбы в противовес любви. А сохранение равноправия между мужчиной и женщиной казалось ей абсолютно справедливым.

Впрочем, к этому вопросу они возвращались еще не раз, причем Вероника стала его горячим сторонником.

Через пару месяцев Паша привез Веронику в поселок и познакомил с родителями и соседями. Но наибольшее впечатление на нее произвел Александр Александрович. Это был лев. Уже немолодой, но все еще сильный лев, возглавляющий свой прайд. Мудрый, спокойный, с постоянной мягкой улыбкой, он был всемогущим. Он знал всех людей, он знал все. У него была внутренняя точка опоры, и на него можно было положиться. За короткое время Вероника подружилась с его Леной и близнецами Ксюшей и Глебом, а вскоре и со всем поселком.

Поселились они в небольшом аккуратном домике рядом с родителями Паши. Собственно, поселились – это не совсем верно, поскольку Веронике приходилось жить в Москве, и лишь на выходные или на каникулы она могла побыть здесь.

В один из таких приездов она, оставшись одна, так как Паша уехал по срочным делам в Москву, зашла к Лене, которая тоже оказалась одна – Александр Александрович с близнецами пошли гулять.

Они сидели в креслах на террасе, когда Вероника спросила Лену, как та относится к любви. Лена заулыбалась и ответила:

– Как и Саша. Это анахронизм. Хотя разве дело в словах. Каждый приходит к этому по-своему. Саша, например, не хотел больше страдать от потери любимого человека, так вначале и создал такую стену. А потом это переросло у него в философию, что он временный жилец в этом мире и чем меньше привязанностей, тем легче будет уходить из него. Мне так кажется. А ты что думаешь?

– Ты правильно сказала, что дело не в словах. Можно ничего не говорить, а любить.

– Я тебя прошу, не заморачивайся, – и Лена погладила Веронику по голове.

– Я просто так спросила. Ты же знаешь мужчин: они носятся со своими идеями, а нам рано или поздно от них рожать, – шутя отозвалась та.

– Это не просто идея, это образ мышления и образ жизни. Пока я свободна, я в любой момент могу уйти от Саши, хотя бы к твоему Паше, – она засмеялась. – Шучу, шучу, он слишком молод для меня. Близнецы есть, но это другой вопрос. Саша очень ответственный отец и не оставит их без помощи. Но если я сочту другого более подходящим или привлекательным… – и она многозначительно закатила глаза.

– Мне кажется, это не так просто, – возразила Вероника.

– Что не так просто, что не так просто? – и Лена опять погладила Веронику по голове. – Не усложняй, может, завтра Саша будет с тобой жить, что же здесь плохого?

– Ну вот еще, – рассмеялась Вероника.

– А что, Саша мужчина что надо. Ты еще мало понимаешь. Молодые ребята – это хорошо, но поверь, мужчина – это другое дело. Ничего, узнаешь.

– Ты меня соблазняешь, что ли? Я так не могу. Из одной постели в другую.

– Дело не в сексе. Мы что, свингеры какие-то дегенеративные? Нет, тут дело в отношении к жизни. Ты должна понимать, что любая привязанность – рабство. А любовь – тем более рабство. Мы не отвечаем за себя и свои поступки. Делаем глупости, о которых потом сожалеем. Если что, лучше перетерпеть, но избавиться от этого. Ты будь внимательна. Если влюбишься в Пашу, потеряешь его. Да и в поселке тебе не жить.

– Это все глупости. Какая любовь, – стараясь быть веселой, ответила Вероника, но незаметно глубоко вздохнула.