Эндрю Холмс - Звездун

Возможно, в будущем, если эту историю — Феликса Картера и его убийцы — когда-нибудь экранизируют, Мириам Маргулис согласится сыграть Мартеллу, приходящую уборщицу, которая обнаружила тело. Маленькая, но важная роль.

Роль Мартеллы началась тем утром, когда она подошла к дому, не имея ни малейшего представления о том, что ее там ждет. Вернее, какие ждут неожиданности. Она знала, что ее хозяин планировал пойти на премьеру, а это предполагало три возможных варианта развития событий. Первый: мистера Картера не будет дома. Второй: певец будет крепко спать — возможно, один, но скорее всего с очередной подружкой, — и не вылезет из постели до тех пор, пока не закончится уборка. И третий: Мартелла застанет его спящим в одежде на диване перед включенным телевизором, как уже не раз случалось.

Женщина передернула плечами, чтобы стряхнуть изморось, и вошла через парадный вход, стараясь не шуметь: вдруг хозяин дома. Ее ладонь, влажная от дождя, скользнула по дверной ручке, с которой позже судебно-медицинским экспертам все же удалось снять отпечатки пальцев, в том числе и Мартеллы. До того, как она объявила миру, что Феликс Картер, поп-звезда, мертв, оставались считанные минуты.

Внутри было темно и тихо, но уборщица не придала этому значения. Обычное дело. Большинство ее знакомых в восемь часов утра уже давно бодрствовали, однако мистер Картер к большинству не относился. Что вы хотите — уникальная работа и необычный рабочий график. Впрочем, в доме странно пахло. Если бы раньше ей довелось работать в каком-либо медицинском учреждении, Мартелла, наверное, сумела бы различить запах смерти. Запах, который, как говорят, преследует человека, даже если он переоделся после работы и сидит на званом обеде, притворяясь, будто интересуется индексом Доу-Джонса, чтобы порадовать своего партнера.

Увы, Мартелла никогда не работала в больнице и не узнала запах. Для нее он был просто… незнакомым.

Затем она заметила смокинг, висевший в конце темного коридора, и удивилась. Очевидно, его вытащили из шкафа, чтобы надеть, но не успели, даже целлофановый чехол не сняли.

Когда же Мартелла вошла в гостиную, то сразу же почувствовала — что-то не так. Вряд ли бы она смогла сказать, что именно, скорее это было просто ощущение.

И тут она бросила взгляд на диваны.

Два белых кожаных дивана, предмет гордости Феликса. Они стояли посреди гостиной, друг против друга, два прекрасных дополнения к еще одному украшению, мечте любого подростка: почти полной коллекции фигурок из «Звездных войн». Все из первоначальной трилогии, а не из плохо встреченного зрителями и критиками фильма «Эпизод I: Призрачная угроза». Феликсу этот фильм тоже не нравился. Конечно, вначале певец хотел получить копию воина-штурмовика во весь рост, но потом передумал — возможно, потому, что подобные уже были у Робби Уильямса и Гэри Барлоу, а Феликс предпочитал идти своим путем. Всегда.

На первый взгляд, комната выглядела совершенно обыденно, только двое мужчин, которые сидели на диванах лицом друг к другу, не вписывались в привычную картину. Конечно, впечатление обыденности было обманчивым. То, что эти двое так сидели, уничтожало это впечатление. И Мартелла вдруг поняла, что здесь произошло что-то страшное. Такое, что придется убирать не ей.

Женщина стояла, загородив мощным телом дверной проем, и смотрела на странную пару, на пятна крови на одном из белых кожаных диванов. «В жизни не ототрешь», — мельком подумала она. Постепенно до ее сознания стало доходить, что молодые люди очень похожи — почти как близнецы. С одной стороны, откинувшись на спинку, сидел Феликс и, казалось, спал, вот только сзади расплывалась кровь, ярко-красная на белой коже. В его груди зияла багряная дыра.

С другой стороны, повернувшись к нему лицом, тоже был Феликс. Однако этот Феликс сидел, ссутулившись, прижав к животу бутылку виски, и внимательно смотрел на Мартеллу. Наблюдал.

Мартелла была не из тех, кто проводит вечера перед телевизором, отпуская язвительные реплики в адрес персонажей. Этим увлекался ее бывший муж: «Можно подумать!» и «Никогда бы она так не стояла в реальной жизни!» Мартелла не разделяла его пристрастия потому, что, во-первых, не испытывала потребности навести в мире порядок, к чему стремился ее бывший супруг, а во-вторых, инстинктивно понимала, что не существует предсказуемой человеческой реакции и нельзя доподлинно знать, как поведешь себя в той или иной ситуации. Особенно если эта ситуация так далеко выходит за рамки привычной. Ситуация из тех, что показывают по телевизору. Подобная той, в которой она сама только что оказалась.