Ильза Айхингер - Великая надежда

Начальник станции туже обдернул на себе китель: — К счастью, у нас есть наручники, есть зеленые фургоны с зарешеченными окошками и стены с колючей проволокой. — Его голос радостно задрожал. — И есть виселицы, и эшафоты, и инструкции, и…

— И есть ад! — угрожающе крикнула из-за вагона Эллен, — и есть машинисты, которые не знают, куда едут! Запечатанный конверт — и все. Не очень-то радуйтесь! Не уезжай, не уезжай, пока не узнаешь куда!

Она спрыгнула на землю. Дежурные полицейские затравленно суетились вокруг нее. Безмолвно застыл поезд.

— Не уезжай, не уезжай, не уезжай, пока не узнаешь куда! Подумай, не уезжай! — голос был все тише. Крик полицейских тоже терялся в тумане.

Машинист растерянно смотрел на прожектора. Подумать — о чем? Чего я не знаю? Направления? «Северо-восток», — упрямо пробормотал он. Слепой крот, обернись, вот он, ваш компас. Белый платок возле глаз.

Лицо побледнело. Рельсы сверкали холодным блеском.

Инструкция, мой Бог, инструкция. Твоя совесть, твой Бог, твоя совесть. Ты должен построить новый участок пути, ты должен найти свою собственную инструкцию. Ты должен проложить другие рельсы, получше. К цели, к цели, подумай, не уезжай — что за цель?

Голос смолк.

— Простите, — сказал машинист и оглянулся кругом, — простите, мне очень неловко, что это со мной было? Мы сильно запаздываем? — И он произнес название местечка, длинное и серьезное название, причем выговорил его неправильно.

— Да уж я думаю, — сердито сказал начальник станции. — Вы, наверно, пьяны. Поднимайтесь на паровоз и поезжайте. И никогда больше не задумывайтесь о цели. Впрочем, этот случай не останется без последствий.

Молча вскарабкался машинист назад, на свое место.

— Влюбился? — засмеялся кочегар. — И кто она?

— В глаза не видел.

Начальник станции поднял флажок. Еще раз мелькнула черная проворная тень в луче прожекторов. Цель, цель!

Одним прыжком перемахнула Эллен через железнодорожное полотно. Прямо перед идущим поездом она перепрыгнула через рельсы.

Полицейские дернулись, но не тронулись с места. Проскочив перед идущим поездом, Эллен вырвалась вперед.

Начальник станции вытер пот со лба. Полицейские кусали себе губы до крови, считали вагоны, сбивались со счета и хватались за резиновые дубинки.

Пушка, ствол которой назойливо торчал над краем последнего вагона, обнаружила гнев в их глазах и испугалась. Она бы с удовольствием втянула в себя глупый молодой ствол, чтобы оградить его от взглядов полицейских. Но это было не в ее власти.

Ее проглотил туман. Машинист надвинул фуражку глубже на лоб. Поезд мчался в темноте.

Флажок опустился. Он хотел сказать: поезд прошел. Но он хотел сказать еще гораздо больше: бегите, бегите, бегите! Бегите все. Ни одно колесо, ни один пропеллер, ни один поезд и ни один самолет не догонит тайну. Одна надежда на израненные, горящие ноги — на ваши непослушные ноги, ваши ноги, ваши собственные ноги. Бегите, бегите, бегите, бегите, покуда хватит дыхания, это приказ. Прочь от себя самих, вперед к себе самим. Поезд ушел. Беги, Эллен, беги, они у тебя за спиной.

На угольной площадке играл уличный мальчишка.

Уличные мальчишки, вы тоже бегите, и вы бегите, полицейские. Железнодорожное полотно свободно; вы свободно можете через него перепрыгнуть. Слушайте, как оно поет: перепрыгни меня, перепрыгни! Оно этого требует. Бегите, полицейские, догоняйте тайну! Снимите ваши фуражки, бросьте их на землю, тайну не ловят, как птицу. Догоняйте тайну! Бегите вслепую, бегите, вытянув руки, бегите, как дети навстречу матери. Догоняйте тайну.

Налево или направо, налево или направо? Разбегайтесь в разные стороны, чтобы ее окружить, врассыпную, разомкните кольцо! Только не забудьте, зачем вы разбежались в разные стороны. Не потеряйте сами себя.

Флажок еще немного вздрогнул и умолк. Бесконечно тянулась железнодорожная насыпь.

Эллен бежала. За Эллен бежали оба полицейских. А за обоими полицейскими бежал уличный мальчишка, который не понимал как следует, что происходит. Вокруг поленницы, через пакгауз наискосок, по мосту над путями.

Он точно знал, что ничего не знал точно. Он и раньше всегда понимал, что собраться с силами нелегко, что поленницы больше, чем просто поленницы, а вокзальная площадь больше, чем просто вокзальная площадь. Что важно устать раньше, чем наступит ночь.

Теперь беги, беги, они у тебя за спиной! Удерживай преимущество, ведь что такое преимущество? Проклятая милость, бессмысленная милость. Налево или направо? И ни туда, и ни сюда, бесполезная милость.