Геннадий Южаков - Сингапур

Дора, замолчав, глубоко вздохнула. Тоболин догадывался, как дорого значил в её жизни рассказанный эпизод из детства.

— Да, Дора, вспоминать детство приятно, и в то же время грустно. Вы рассказали удивительную историю.

— А вы, капитан, ничего не расскажете о себе? — Заметила она.

Понимая, что после нее у него не получится, да и не хотелось, Тоболин решил не начинать. И, чтобы не обидеть своим отказом женщину, шутливо сказал:

— Дора, я не увлекался футболом. Я кошек с крыш сбрасывал.

— Да что вы? На самом деле? И вам не было их жалко?

Испуг в ее глазах его рассмешил.

— Нет, ни одна кошка не разбилась, даже не стала инвалидом. Я их спускал на самодельных парашютах.

Затем Дора, видимо, неслучайно заговорила о работе и Тоболин догадался-привычка ответственности. Пока находишься в рейсе, где бы ты не был, служебные обязанности о себе постоянно напоминают. Тоболин понял, что с «Попугаем» надо распрощаться.

О найденном им странном телексе Тоболин решил Доре в этот вечер не напоминать.

Такси доставило их прямо к трапу. Тоболин, намереваясь посмотреть осадки носом и кормой, попросил радистку его не ждать.

Для сна было как бы рановато и Тоболин включил телевизор. На экране замелькали рекламные картинки. Расположиться на диване не позволил неожиданный телефонный звонок. Интуиция мгновенно подсказала: радистка. И не ошиблась.

— Капитан, я как чувствовала. Имеется срочная. Прочесть по телефону или занести?

Тоболин попросил занести. И, не догадываясь какого содержания депеша, с благодарностью подумал о радистке: «Опыт, чувство ответственности много значит. Молодец, вытащила меня из бара.»

Принял ее с неменьшим вниманием, как и раньше. И пока Дора усаживалась в кресло, успел прочесть телекс. «Уважаемый капитан, погрузка предстоит в Гонконге. Заниматься ею будет другой агент, агентскую фирму сообщим позже. Ваши действия, пожалуйста, согласовывайте с нами.» Писал фрахтователь, находящийся в Гонконге. Конечно проще, чем приехать на машине. Нажал на клавиши и через секунду радиограмма на судне. Тоболина слегка возмутила не совсем понятная оговорка: «Ваши действия…» «О каких действиях идет речь? — подумал он — Они не выходят за рамки дозволенного». Взглянул на радистку, как будто в надежде увидеть ответ в ее глазах. Но они глядели безучастно.

И уже знакомой фразой она спросила:

— Капитан, ответ будете писать сейчас?

— Ответа не требуется, — сухо ответил Тоболин и встал с дивана, чтобы взять в шкафу сигареты. Очевидно, раздраженный его голос ее насторожил и, спешно поднявшись, направилась к двери. Тоболин, услышав ее шаги, обернулся. Ему вдруг не захотелось оставаться одному.

— Дора, не спешите уходить. Отвлекли меня какой-то писулькой, а теперь ходу…Так не пойдет. Должен же я вас отблагодарить за вашу профессиональную интуицию. Садитесь. Что-нибудь выпьем.

Ни малейшего недовольства на ее бледном лице. Ни намека на удивление. И, только усаживаясь в кресло, поплотнее укуталась в кофту, накинутую поверх платья.

— Холодно? Может, выключить кондишен? — Спросил ее Тоболин.

— Нет, что вы! — воскликнула она.

— В таком случае, Дора, расскажите, как у вас складывались отношения с капитанами на других судах.

— В общем неплохо. Когда впервые попала на судно, это было в судоходной компании «Сканшип», то, естественно, побаивалась. На самом деле все оказалось гораздо проще, чем на берегу. На судне каждый занимается своим делом и не лезет в чужие проблемы. Первый мой капитан по национальности был ливанец. Высокий, сухощавый. Он относился ко мне очень хорошо. Был, может, чуточку влюблен. Как я поняла, ему нравились блондинки. Каждое утро приглашал на чашку кофе. Однажды смеясь сказал: «Мы с тобой здесь, Дора, как два гуся. Остальные-куриные петушки». Так и сказал-куриные. Я долго смеялась, не догадываясь, почему он так выразился и потом спросила, почему? Он ответил: «Мы оба длинные и худые, а все остальные мелочь пузатая.» В действительности так и получалось. Команда состояла из филлипинцев, а как известно, они народ мелкорослый. Самый высокий из них едва ли доставал мне до уха. И капитан однажды, как я поняла, даже пошутил: «Эх, Дора, не был бы я женат и не имел бы четверых детей, женился бы на тебе…Нарожали бы баскетболистов…»

Я тоже долго хохотала. Веселый был человек.

— Наверно, всетаки он что-то имел ввиду, Дора?

— Может быть. Тогда я была значительно моложе и поэтому многие вещи воспринимала иначе. Это теперь стала задумываться.