Александр Беатов - Время дня - ночь

Задул ветер. Снег сделался сухим, стал попадать в глаза. По небу быстро перемещались тучи. Похолодало.

Несчастье… Везде чувствовалось несчастье. Потому что над всей природой изогнулся абстрактный вопросительный знак.

Нельзя было увеличивать несчастье. И вороне не захотелось лишать маленьких птах радости — куска хлеба, через который они видели смысл жизни.

Она взмахнула крыльями, задев за ветку и, хлопнув нечаянно себя по телу несколько раз на подъёме, закричала, закаркала, улетая прочь, развевая тоску потоком встречного, с колким снегом, воздуха.

Было утро. По улицам бежали машины и люди. Люди ёжились, замедляли бег и смотрели под ноги, чтобы не поскользнуться. Они лезли в квадратные дыры, в земле, и тут же вылезали и, казалось, вылезали другими; пропадали в домах, где зажигался свет и начиналась какая-то возня.

Людей было много.

Сашка посмотрел вниз. Убедился, что там никого нет, стал слезать.

Люда спала, прикрыв от света своими рыжими волосами глаза. Он тронул её за плечо, чтобы разбудить, и направился к тамбуру, чтобы занять очередь в туалет.

По прибытии в Москву Людочка всё ещё злилась на Сашу и разговаривать с ним не желала. Они молча дошли до метро, и Саша, вспомнив об отсутствии денег, остановился. Людочка смешалась с толпой людей, исчезла из виду. Чтобы добраться до дому, пришлось ехать "зайцем" на трёх автобусах.

Было воскресенье, 8 мая, воздух — свежий и чистый, утро лишь вступало в свои права. Подходя к дому, он встретил бывшую одноклассницу, Лену, его первую любовь, из-за которой бросил девятый класс и ушёл в ПТУ.

— Здравствуй! — сказал он.

Девушка вздёрнула носик, отвернулась, прошла мимо, ничего не ответив.

Что-то шершавое повернулось в его душе, возбуждая забытую боль. Он уже справился с нею, подавив спасительным грузом лет, что прошли после разрыва со школой. Саша вошёл в свой подъезд, стал подниматься по ступенькам на четвёртый этаж.

"Сколько прошло времени, как я бросил школу?" — стал вспоминать он. — "73-й, 74-й…" — Он загнул все пальцы на левой руке. — "Наверное, она учится в каком-нибудь вузе… Ведь, она была отличницей в школе… Не то, что я, ПТУ-шник…"

И тут он вспомнил об идее организации религиозного "Университета"…

"Сейчас помоюсь, поем, возьму у матери денег на метро и поеду в костёл… Там будет Санитар и…" — Сердце у него подпрыгнуло. Он подумал, что может встретить Олю. Его поездка, действительно, произвела какой-то сдвиг в его сознании: он почти не вспоминал об Ольге уже несколько дней подряд. — "Этого-то как раз он и хотел!" — с горечью подумал Саша. — "Но не тут-то было! Я покажу им, что такое настоящая любовь!"

Он поднялся на второй этаж, заглянул в почтовый ящик своей квартиры. Там ничего не было. Поднимаясь дальше, снова вспомнил о своей школьной любви…

Как много лет он любил эту гордую девочку! Чего только он ни делал, чтобы завоевать её сердце: стоял под её окнами, ждал часами у подъезда, не сводил глаз во время уроков, писал послания в стихах… Но всё отвергалось… Она проходила мимо, не замечала его, швыряла скомканные стихи в лицо, пока однажды…

Это было в восьмом классе, когда он совсем уже сходил от неё с ума… Она вдруг обратила на него внимание. Как-то неожиданно для неё самой в душе вспыхнуло ответное чувство, будто бы он, наконец, достучался до её сердца. Она пришла на школьный вечер с новой причёской. Саша в первый миг, даже не узнал её, а встретив её гордый взгляд, ответил таким же образом. Это, видимо, сильно задело девочку, и чувство её усилилось…

Он танцевал с нею всего один раз в тот вечер. А потом она исчезла. Может быть убежала и ждала его где-нибудь? Или испугалась того, что с нею происходило, и поспешила домой? Он ждал, когда она появится. Но её не было, и не было…

А на другой день, во время уроков, встречаясь с нею взглядом, он видел, что она испытывает то же, что и он! Возликовав в глубине своего сердца, он опустил в её почтовый ящик ещё одно письмо со стихами…

Может быть, она ждала от него более решительных действий? Но уже слишком долго длился его роман… Он привык к тому чувству постоянного счастья, что испытывал, будучи просто вблизи от неё каждый день, сначала, до самого шестого класса — за одной партой, потом — просто в одном классе, хотя и за разными партами… Теперь… Теперь, когда следовало бы признаться ей в своей любви открыто, он ничего не предпринимал серьёзного. Разве лишь звонил по телефону, чтобы услышать её голос, и ничего не говоря, вешал трубку. И Лена, так и не дождавшись никаких действий, однажды не выдержала, сама позвонила ему и, лишь Саша поднял трубку, сказала: