Анатолий Маев - Генетик

— Тоже неплохо, — резюмировал Ганьский.

— Да что ж тут хорошего? — неожиданно резко среагировал председатель. — Здесь, получается, задарма образование получил, а там деньги гребет?

Ученый встал с кресла и, усмехнувшись, заметил:

— Замечательно, Виктор Валентинович! Вы почти повторили мои слова. Одно маленькое, но важное уточнение: не гребет, а зарабатывает.

— Не помню я, чтобы вы то же самое говорили.

— Не дословно конечно же, но по сути: будь у ученых соразмерное труду жалованье, вряд ли бы они массово в Германию или за океан ехали.

— А, вот вы о чем… Категорически не согласен! — возразил председатель. — Все должно идти по порядку. Родился ребенок, подрос, пошел в школу и закончил ее — раз. Поступил в институт, отучился — два. Три: есть мозги, открыл что-нибудь — пиши диссертацию. Защитился — работай в институте, занимайся наукой. Сделал еще какое-нибудь открытие важное, стал известным, уважаемым — четыре. Тогда и платить больше будут. А то сейчас как хотят — сразу им большие деньги подавай. Но ведь не может человек сначала институт закончить, а потом начальную школу! Все приходит одно за другим, по порядку. Как дни недели: за средой — четверг, за четвергом — пятница, за пятницей — суббота…

Ганьский пристально посмотрел собеседнику в глаза. И вдруг обронил:

— Вы ошибаетесь, не всегда после пятницы наступает суббота.

Прибежавший из кухни Велик, успешно расправившийся с овсяным печеньем, кинулся к Виктору Валентиновичу со словами: «Я все съел, пойдем!»

— А «спасибо» ты сказал? — спросил председатель.

— Там мало было, — не страдая от излишней деликатности, ответил ребенок.

— Все равно надо сказать «спасибо», — настаивал Вараниев.

— А то в следующий раз не дадут? — не сдавался Велик. И не дожидаясь ответа, воскликнул: — Аполлон, спасибо за печенье!

Велик всегда называл Ганьского Аполлоном, на что получил его разрешение.

В Москве шло торжественное собрание, посвященное юбилею газеты «Красный человек» — печатного органа партии «Мак. Лем. иЧ.». Десять лет назад газету организовал Вараниев. Все эти годы пост главного редактора по совместительству занимал Шнейдерман. Боб Иванович оказался прекрасным организатором и тончайшим знатоком потребностей обывателя. На четырех листах выходящего дважды в неделю печатного органа коммунистов граждане всегда находили материалы для души.

На первой странице, сразу же под портретом Велимира Ильича Лемина, стоявшего почему-то с кустом крапивы в левой руке, располагалась чрезвычайно популярная рубрика «Семейные драмы и разводы». В издании неизменно присутствовал огромный кроссворд. Правильные ответы были спрятаны на двух предпоследних страницах в статьях о теории и истории коммунизма — приходилось читать. Подробно освещались состояние погоды и происшествия; было много рекламы и объявлений. Всегда находилось место для астрологического прогноза; присутствовали обожаемые читателями рубрики «Курс научного гадания» и «Привороты, отвороты, снятие порчи, изменение русла жизни — практические занятия».

В «подвале» средней страницы на постоянную прописку оформилась «Газетная поликлиника», помогавшая сотням тысяч добропорядочных граждан, склонных к мнительности, находить у себя целые букеты болезней, в том числе редких и редчайших. За десять лет, к примеру, миллионы граждан обоих полов, разных возрастов и вероисповеданий узнали, что страдают бессимптомной формой гипертонической болезни. Причем народ массово открывал для себя суровую правду, столь подло скрываемую терапевтами, не желающими портить показатели профилактической работы и заболеваемости на вверенных им участках.

Вторую строку в списке лидеров прочно занимали проблемы сердца — без болей, одышек, тахи— и брадикардий, как, собственно, и без каких бы то ни было иных проявлений. Следом, вопреки всем прогнозам, совершенно неожиданно оказалась чесотка: чесали с разной частотой и разные участки. Продаваемые в аптеках без рецептов и по рецептам втирания не помогали — господствовала версия о неизвестном возбудителе, невосприимчивом к отраве. Бесчисленные визиты читателей к дерматологам заканчивались преимущественно тем, что эскулапы диагноз не подтверждали. Большинство заболевших чесали голову; меньшинство, в основном молодежь, следующую по значимости волосистую часть тела. Остальным, у кого чесалось под мышками, великолепно помогало обычное туалетное мыло.