Евгений Будинас - Дураки

И еще двадцать тысяч «Артефакт» получил за проданный в нагрузку к «Тайне Распутина» тираж «Референдума».

Вот здесь бы Виктору Евгеньевичу и остановиться...

Полгода спустя Дудинскас уже сидел в кабинете Владимира Михайловича Месникова, первого заместителя и правой руки премьер-министра Капусты, активно возбуждая соучастника в этом крупном и решительно-мрачноватом мужчине с темным лицом паровозного машиниста.

Из огромного портфеля он выкладывал на стол образцы книжной продукции своего «Артефакта», показывал фотографии только что открытого колбасного цеха («Прилавки пустуют, цены безумные, а у нас деликатесы — по себестоимости») и новостройки в деревне, обратив внимание вице-премьера на коров с телятами, зимующих прямо в снегу:

«Шерстью обросли, как зубры, но даже не кашляют»...

Вопреки правилу «ни в какие советские учреждения без предварительного звонка не ходить», Виктор Евгеньевич заявился сюда без всякой договоренности. Он уже ощущал свою значительность. Да и просить пришел не что-нибудь, а суперМАЗы, причем сразу три и обязательно с люксовскими кабинами и МАНовскими (немецкими) двигателями. Каждый стоил двадцать тысяч, и деньги у него были.

Закончив описание собственных подвигов приглашением вице-премьера на презентацию шеститомника «Технология бизнеса» (сразу и охотно принятым), Дудинскас спросил:

— Помогать будете? Есть одна «шкурная» просьба...

И выложил на стол заявку.

— Зачем вам суперМАЗы? — спросил Месников, пробежав письмо. — И сразу три?

— Надоело побираться. Очень много теряем из-за перебоев с транспортом. Вот и решили доставлять бумагу своими силами. Да и книги будем развозить. — Почувствовав недостаточную убедительность такого объяснения, Дудинскас добавил: — Структура многопрофильной фирмы должна быть экономически неуязвимой. — Владимир Михайлович посмотрел с любопытством. — Надо развивать автоперевозки. Пролетим с книгами — на худой конец, грузовики нас прокормят.

Месников согласно кивнул. Всех новоиспеченных бизнесменов, обивающих пороги, он делил на две категории: на тех, у кого получается, и тех, у кого ничего не выходит. У этого, похоже, получится.

— Вопрос вы мне задали непростой... — Месников почесал паркеровской ручкой за ухом. — Но будем что-нибудь делать. Помогать частному сектору мы вообще-то обязаны...

Ничего писать на бумаге Дудинскаса вице-премьер не стал.

Набрав номер министра и никак не представившись, никак не обратившись, Месников в трех словах изложил суть просьбы.

— Что мне тут такое тебе написать, что бы ты это выполнил?.. Да, сидит у меня... Спасибо. Через четверть часа прибудет.

Через сорок минут дело сделалось без всяких резолюций.

Поднявшись прощаться, Виктор Евгеньевич, чувствующий, что пошла масть, закинул еще одну удочку:

— Хотим открывать свою типографию... Уже присмотрели на выставке импортное оборудование. Придется просить валютный кредит...

Поплавок задрожал и дернулся.

— Тамару позвали? — спросил Месников, показав на стопку «Технологии бизнеса» с пригласительным билетом наверху. В том, что Дудинскас знает, о ком речь, он не сомневался. Все-таки они из одних времен. Все тут все обо всех знают... Не сомневался он ни в том, что Дудинскас знаком с Тамарой Безвинной, главой крупнейшего коммерческого банка Республики, ни в том, что он осведомлен и об их более чем дружеских отношениях. Кроме всего, курируя в правительстве и финансы, Месников опекал ее банк, который за глаза все называли его личным кошельком.

— Красивая баба, — сказал Дудинскас, нисколько не покривив душой, — даром что банкир.

— Надо пригласить, Виктор Евгеньевич, — улыбнулся Месников. И Дудинскас понял, что кредит на покупку оборудования у него в кармане.

И уже совсем на пороге, проводив Виктора Евгеньевича до дверей кабинета, Месников поинтересовался:

— Сколько у вас работает народу?

— Сто десять человек, не считая деревни.

— Ну, ну... А всего сколько?

— Да, пожалуй, сотни полторы. Выбрались бы посмотреть, Владимир Михайлович, по полной программе... А может быть, вместе с шефом?

— Ну да, к тебе приедешь, а назавтра в газетах пропишут «по полной программе». Тут и без того каждый день не знаешь, на каком ты свете. Ладно, бог даст, доживем до лета.

Долги отдавать отсоветовал Вовуля: