Евгений Будинас - Дураки

...Другого способа «всему такому» научиться Виктор Евгеньевич не знал.

Симону Вячеславовичу Позднему его ответ понравился: ведь выходило, что виноваты все же «большевики», как и во всем, что здесь случилось и еще случится, пока не кончится их эстафета: от Орловского — к Капусте, от Капусты — к Лукашонку, от него... И далее, до той замечательной поры, пока в этой «стране огурцов» не вырастет поколение, которое, говоря словами профессора Геннадия Степановича Ягодкина, про все это даже не слышало.

1990-1994

Впервые за несколько лет Виктор Евгеньевич Дудинскас потянулся к перу и даже отыскал свой старый блокнот, в котором записал:

« Приметы малого бизнеса: увидишь весной аиста летящим — пролетишь, сидящим — сядешь (шутка) » .

В очередной раз вернувшись из Голландии, он торжествующе вывалил на огромный, как для пинг-понга, стол Гоши Станкова сразу несколько рекламных проспектов.

— Вы хотели оборудование? Вот оно.

Проспекты они разглядывали с интересом. Ольга Валентиновна так даже с восторгом. Не бывает технолога, который не мечтал бы о такой роскоши.

— Где деньги? — настороженно спросил Станков.

— Деньги есть. Но вы сначала посчитайте загрузку. Вот технические характеристики оборудования. А это условия контракта на его поставку. Через три месяца новенькие машины будут стоять у нас в цехе — выставочные образцы. Расчеты делайте на выпуск банковских бланков по технологии непрерывный формуляр. До завтра.

Дудинскас вышел, плотно притворив дверь. И тут же приказал девушке Свете никого к Станкову не пускать, по телефону ни с кем не соединять и Ольгу Валентиновну тоже не дергать, а народ со всеми текущими вопросами отправлять прямо к нему. В конце концов, ехать так ехать.

Назавтра к вечеру вдвоем и пришли. Ольга Валентиновна тяжело пристроилась на краешек дивана в дальнем углу кабинета, у журнального столика, а Георгий Викторович сразу прошел к окну и, отвернувшись, задымил «Бело-мором».

Ему нужны были гарантии.

— А если такие гарантии я дам?

Станков посмотрел на своего студенческого друга с сочувствием. Во всем они Дудинскаса понимали, все им Виктор Евгеньевич уже доказал своей победой с Дубинками. Все они знали относительно небеспочвенности оптимизма. Но здесь Георгий Викторович только пожал плечами:

— Гарантия, как сказал бы наш приятель Миша Гляк, может быть только одна: бабки вперед.

Именно это Дудинскас и предлагал. Решение, сам того не ведая, подсказал ему Коля Слабостаров.

— Формируем заказ, берем под него оборудование, а рассчитываемся за него по мере выполнения заказа. То есть все, как вам и хотелось: сначала получаем машины, потом отдаем деньги, на них же и заработанные.

— Остался пустяк, — Станков передразнил Дудинскаса: — «формируем заказ». Как, интересно, ты собираешься это сделать?

— Очень просто! Соберем все коммерческие банки, раз работаем для них унифицированный пакет документов — три десятка наименований. Называем все это, — здесь Дудинскас перешел на торжественный тон, — «Единая система банковской документации». Е-ди-на-я. Разработчики? Станков Гэ Вэ и группа заинтересованных авторов, в том числе и сами банкиры. Между прочим, даже гонорар за разработку системы рвется вам проплатить добрый дядя. В данном случае — поставщик самокопирующейся бумага, мечтающий сбыть лишнюю сотню тонн, причем без предоплаты. К слову, это фирма «Арденю». Ее ты знаешь...

Фирма «Арденю» поставляла «Артефакту» бумагу для въездной визы. Это Станков знал. Но знал он и многое кроме. Слишком многое, чтобы подпрыгнуть от радости, как хорошо Виктор Евгеньевич все придумал. Поэтому Станков снова подошел к окну и снова закурил, глубоко затягиваясь и выпыхивая клубы дыма с видом человека, у которого нет более важного занятия.

Станкову в работе мешал один недостаток: он был «ну совсем не финансист». Вот приходит к Дудинскасу с какими-то бумагами и обескураженно говорит:

— Ну что за хренобель? По расчетам нашей бухгалтерии, опять получается, что убыточно у нас только производство...

— А где Агдам? — спрашивает его Дудинскас.

— В бухгалтерии Агдам Никифорович, где же, оне обедают...

Бухгалтерия «Артефакта» в такое время обычно закрывалась на внутренний замок — там готовили суп, запах которого просачиваясь в коридор, достигал комнаты Станкова, расположенной рядом, что (как можно догадаться, зная, что даже кофе, заваренный девушкой Светкой, директор ЦЦБ выпивал обычно холодным, забывая про чашку на краю стола) вызывало в нем ярость, но тихую, с учетом характера, совсем тихую...