Роберт Стоун - Псы войны

— Твой тесть не был шпионом, — сурово сказала Франсес Конверсу. — В любом случае они были на нашей стороне. — Она сочувственно поглядела на Элмера и вышла.

Элмер вздохнул:

— Кто говорит, что я был шпионом?

— Мардж. Она говорит, вся ваша семья шпионила.

— Мардж — идиотка.

Некоторое время они сидели молча. Конверс смотрел на вытертый ковер на полу.

— Мне следовало бы знать, что делать дальше, — сказал он. — Но я не знаю.

Элмер поставил чашку на подоконник. Из окна были видны пожарные лестницы на соседнем здании.

— Держись подальше от своего дома. Переночуешь сегодня здесь, в редакции. Уайтсон возвращается с работы около трех, немедленно отправляйся к нему. — Мгновение он смотрел на Конверса, потом достал чековую книжку. — Хочешь получить свою зарплату?

Конверс кивнул.

Элмер выписал ему чек на двести долларов.

В смежной комнате Франсес, шевеля губами, читала законченный Дугласом Долтеном очерк, который назывался «Безумный отшельник насилует туристок».

— Поработай еще, — швырнула она очерк обратно. — Добавь огонька.

Долтен вернулся за пишущую машинку; Элмер с покорным видом наблюдал за его нетвердой походкой.

— Бездарь, — шепнул Элмер Конверсу. — Может подгонять картинки по размеру, и не более того.

Франсес смотрела на чек, который Конверс все еще держал в руке.

— Есть идея, — язвительно предложила она. — Что, если Джонни-малыш напишет нам несколько отличных историй, раз уж он вернулся? Серию горячих спецрепортажей?

— Сейчас у него слишком много других забот, — ответил Элмер.

— Да ну? Даже несколько заголовков не сможет родить?

Элмер улыбнулся:

— Хорошая мысль. Ты как, не против? Даже в тяжелые времена нужно что-то есть.

— Особенно в тяжелые времена, — сказала Франсес.

— Нам тебя не хватало, — сказал Элмер Конверсу. — С тех пор как ты отправился искать приключений, с фантазией у нас не фонтан. Всяким непотребством только и спасаемся. «Найтбит» сейчас — это такая грязь, что нас запретили в пяти штатах.

Конверс спрятал чек в карман.

— Ну-ка, Джонни, — сказала Франсес, — дай заголовочек.

Элмер мягко хлопнул в ладоши:

— Что-нибудь о взбесившемся животном, на пятьсот слов.

Конверс замотал головой.

— Да ради бога. — Он принялся расхаживать между столом и окном. — Птицы…

— Смотри и учись, — сказал Элмер Франсес. Положил руку на плечо Конверса, как тренер. — Так, «Птицы…», а дальше?

Подошел Дуглас Долтен с исправленным «Безумным отшельником». Франсес нетерпеливо просмотрела очерк. Элмер продолжал держать руку на плече Конверса.

— Продолжай, Дуглас, — вздохнув, сказала Франсес. — С огоньком.

— Ладно, — сказал Дуглас Долтен и снова сел за машинку.

— «Птицы…», а дальше что? — мягко спросил Элмер.

— Ничего!

Элмер убрал руку с плеча Конверса.

— «Птицы гибнут от голода»! — предложил он.

Конверс сел на краешек стола.

— Так, голодные птицы, — сказал он. Усталый и злой, повернулся к Элмеру. — Пожалуйста: «Голодные птицы растерзали парашютиста!»

Франсес изумленно уставилась на него.

— Я схожу с ума, — сказал Конверс.

Элмер уже записывал заголовок на уголке макета.

— Отлично. Мне нравится. Только ты можешь придумать такое. Ну-ка, еще одну конфетку. Давай о насильнике.

— Хватит на сегодня, Элмер.

— Насильника, — настаивал Элмер. — Пожалуйста!

— «Насильник…», — тупо пробормотал Конверс.

— «Насильник подыхает с голоду».

— «Насильник-лизун подыхает с голоду!»

— Ну и где тут огонек? — нахмурилась Франсес.

— «Аквалангист-насильник»?

— У нас уже есть парашютист, — покачал головой Элмер. Помолчал с сосредоточенным видом. — «Парашютист-насильник»?

— «Парашютист-насильник проткнул домохозяйку!» — предложил Конверс.

— Господи! — пожала плечами Франсес. — Почти получилось, да.

— Хватит, — объявил Элмер. — Он чуть жив. И голова у него сейчас другим забита.

Дуглас Долтен сунулся с переписанным в очередной раз «Безумным отшельником», и Франсес, едва взглянув на листы, сказала:

— Сплошная грязь.

Когда Элмер и Франсес уехали домой в Атертон, Конверс подсел к Дугласу, и они распили бутылку бурбона, которую тот держал в нижнем ящике. Этим вечером была очередь Дугласа нести готовый макет еженедельника на стоянку междугородных автобусов «Грейхаунд», откуда тот доставят в Сан-Рафаэль печатнику, не состоящему в профсоюзе. Дуглас закончил с выходками своего безумного отшельника, и сейчас ему нужно было набраться сил, чтобы одолеть дорогу по Мишшн-стрит до стоянки и дальше, к себе в отель на Саттер.