Аласдер Грей - Бедные-несчастные

Не знаю, что бы я сделал, если бы рука Беллы не оставалась сцеплена с моей и вперед не выступил Бакстер. Его дородная фигура и спокойный тон вселили в меня детскую надежду. Он сказал:

— Генерал Коллингтон. Мистер Хаттерсли. Кто-то сообщил вам время и место этого бракосочетания. От того же лица вам, может быть, известно, что я состоятельный человек и практикующий хирург, оперировавший членов королевской семьи. Мисс Бакстер явилась ко мне три года назад, не имея никаких воспоминаний о прежней жизни. С той поры она живет под моей опекой, и я завещал ей все свое состояние. Год назад она по своему свободному выбору обручилась с моим другом доктором Свичнетом из Королевской лечебницы Глазго. Генерал Коллингтон! Мистер Хаттерсли! Хотите ли вы, чтобы личность мисс Бакстер в законном порядке установил суд? Или все же мы попробуем установить истину путем спокойного обсуждения? Мой дом отсюда недалеко. Приглашаю вас туда.

— Объясните ему, Харкер, — сказал генерал.

Встал четвертый, назвался адвокатом генерала Коллингтона и заявил, что сэр Обри хотел бы избежать ущерба, который нанесло бы репутации его жены публичное разбирательство вопросов частной жизни. По этой, и только по этой, причине генерал согласен на переговоры с участием следующих лиц. С одной стороны — он сам, его адвокат, его врач, отец его жены и мистер Сеймур Граймс из частного сыскного агентства «Сеймур Граймс» (при этом встал пятый). Другую сторону, продолжал адвокат, могут представлять мистер Бакстер и его друг доктор Свичнет. При этом сэр Обри настаивает, чтобы его жена Виктория Коллингтон дожидалась исхода обсуждения в другой комнате. Для того чтобы исключить ее из переговоров, у него есть более чем убедительные причины. Он также настаивает, чтобы они происходили в апартаментах, снятых им в отеле при вокзале Сент-Инок.

— Вы хотите рассказать Богу и Свечке, кто я такая, а я чтоб не слышала? — крикнула Белла. — Бог, что ты на это скажешь?

— Я скажу, что не буду в этом участвовать, — ответил Бакстер спокойно, — если не будут приведены веские доводы.

— Объясните ему, Приккет, — сказал генерал. Медик выбрался в проход и, к огромному неудовольствию Беллы, отвел Бакстера в сторонку и что-то зашептал ему на ухо. Бакстер ответил во всеуслышание:

— Это никакой не довод, это ложь. Я могу доказать, что это ложь. Переговоры состоятся только при участии мисс Бакстер и только у меня дома. В моем жилище генерал Коллингтон и его окружение не рискуют ничем; а вот из отелей у нас в Британии мужчины не раз увозили женщин, выдавая себя за их мужей, и полиция не вмешивалась.

— Верно! — рявкнул генерал.

Адвокат посмотрел на него с укором. Генерал бесстрастно уставился на него в ответ, и некоторое время никто не шевелился. Потом, вероятно, был дан какой-то знак, потому что адвокат негромко сказал Бакстеру:

— Мы поедем к вам домой. В переулке рядом с церковью ждут три кеба.

— В трех кебах могут разместиться только шестеро, — заметил Бакстер.

— Миссис Динвидди, поезжайте, пожалуйста, с этими пятью джентльменами на Парк-серкес, 18. Проведите их в мой кабинет, зажгите камин и предложите им подкрепиться. Мы с мисс Бакстер и доктором Свичнетом вернемся не иначе как пешком и прибудем вскоре после вас. Мистер Харкер, доведите, пожалуйста, мои слова до сведения вашего нанимателя.

После этого Бакстер повернулся к адвокату спиной и сказал священнику, что завтра он заплатит ему за беспокойство и обратится к нему снова, когда сегодняшнее недоразумение будет улажено. Затем он взял Беллу под другую руку, и мы трое двинулись по проходу к двери. Когда мы вышли на улицу, мне показалось, что я провел в этой церкви не десять минут, а десять дней.

Как свежо, светло и молодо выглядели подернутая морозной дымкой улица и заснеженные крыши! Белла чувствовала то же, что и я. Она сказала:

— Я и подумать не могла, что на нашем бракосочетании будет так весело. Неужели этот несчастный старик действительно мой папа? Надо его как-нибудь утешить. И что, я была замужем за этой маской на жердине? Лучше бы от него подальше. Эти господа и вправду хотели меня похитить? Вдруг на минуту мне показалось, что хотят. Хорошо, что ты был с нами, Бог. Свечка бы погиб, сражаясь за меня, но какая была бы польза похищенной Белл от потухшей Свечки? Тебе, Бог, достаточно было гаркнуть как следует, и вся эта бражка на пол бы попадала, и они это знали. Так значит, дело к тому идет, что наконец-то тайна происхождения видов применительно к Белл Бакстер будет разгадана. Что тебе там шептал этот лекарь, Бог?