Бен Элтон - «Номер один»

– Сьюки, что ты хочешь спеть для нас? – спросил Кельвин.

– Знаешь, Кельвин, – ответила Сьюки, – я считаю, что ты самый сексуальный мужчина на телевидении, поэтому я бы хотела спеть песню «Hopelessly Devoted То You» из фильма «Бриолин».

Кельвин улыбнулся улыбкой плейбоя.

Берилл сказала:

– О, ради бога!

Родни сказал:

– Хорошая песня, хороший выбор. Но она сложная.

– Прежде чем я начну, – сказала Сьюки, – я бы хотела, чтобы вы узнали, что я очень, очень хочу этого, просто очень. Я так сильно хочу этого. Это моя мечта.

Пока Сьюки проживала свою мечту перед Кельвином, Берилл и Родни, Челси вернулась в холл, чтобы провести несколько последних минут с группой «Пероксид».

Джорджи и Мишель большую часть дня просидели, тесно прижавшись друг к дружке, на одном месте. На полу, опершись о стену, в окружении пенопластовых чашек, очень крепко обняв друг друга. Они обнимались отчасти потому, что замерзли – почти сразу после приезда они переоделись в костюмы, состоявшие практически только из трусиков и лифчиков, – но и из-за огромного волнения. Только обнявшись они могли сидеть спокойно. Мало что может привести девушек в такой трепет. Они едва дышали от беспокойства.

Их чувства отличались от чувств оставшихся пятидесяти или около того конкурсантов; по крайней мере, им казалось, что они другие, ведь они искренне полагали, что у них есть шанс.

Челси тоже так думала.

– Да ладно вам, девочки, – ворковала она. – Кельвин обязан провести вас в следующий тур. Сами подумайте: зачем еще они вас пригласили снова? Они знают, что вы молодцы. Они знают, что в прошлом году совершили ошибку. Вы помните протесты в газетах и все такое? Девочки, я искренне считаю, что Кельвина смутило то, насколько зрители полюбили вас.

Джорджи и Мишель не нужно было долго уговаривать: они с готовностью поверили, что это будет их год. После бесконечных анализов, проведенных за несколько прошедших недель, они пришли к выводу, что, если исключить такую непредвиденную катастрофу, как, например, приступ тонзиллита, они обязаны продержаться хотя бы несколько первых туров. Они пытались не позволять себе слишком надеяться, но все же невольно чувствовали, что, по крайней мере, до «поп-школы» они в безопасности. В конце концов, ранний отсев в предыдущем году действительно стал крупным скандалом на шоу «Номер один», и все газеты на самом деле выли от отчаяния. Кельвин сам попросил их вернуться на шоу в этом году (хотя им было запрещено говорить об этом).

Одно было ясно: судьи не станут повторять того, что было в прошлом году.

Челси присела на корточки рядом с девушками и протянула руки для последнего объятия. Обниматься втроем всегда дело нелегкое, особенно когда инициатор сидит на корточках, а двое других участников сидят на полу, но Челси была профессионалом и сумела на краткий миг объединить возле себя двух девушек. Когда Джорджи наклонилась к ней, Челси поразили две вещи: невероятной силы запах зубной пасты и жидкости для полоскания рта, а также ужасающая худоба девушки, она похудела еще больше после отборочного дня в Бирмингеме. На Джорджи был крошечный лифчик, но даже он был недостаточно мал для нее. Когда она наклонилась, чашечки оттопырились и открыли грудь. Соски у девушки были большие, твердые и холодные, а груди съежились и превратились в жалкие бугорки кожи (словно сдутые воздушные шарики). Она выглядела истощенной.

– Ну же, девушки, – сказала Челси, – идите и надерите им зады!

У двери зала для прослушиваний вся троица присоединилась к Кили. Увидев девушек, Кили пришла в совершеннейший восторг.

– ДЕВЧОНКИ! – крикнула она. – ДЕТКИ! Вы выглядите потрясающе! – Кили повернулась к камере, которая висела прямо у нее перед лицом. – Посмотрите, кто здесь! Суперкрошки прошлого года, группа «Пероксид»! Мы любим этих девочек. Они ТАКИЕ храбрые, что решили попробовать еще раз! Да!

За этим последовал стандартный разговор о мечте и о том, как безумно и сильно девушки хотят этого, а затем Джорджи и Мишель вышли на арену.

Все трое судей убедительно изобразили удивление и восторг при виде группы «Пероксид».

– Как поживаете, девочки? – расцвела Берилл. – Выглядите потрясающе!

Берилл даже встала и обошла стол, чтобы обнять каждую из них. Как только счастливое воссоединение завершилось, Кельвин сделал серьезное лицо и открыл совещание.

– Итак, девушки, – спросил он, – зачем вы вернулись?