Клаус Хагерюп - Маркус и Сигмунд

— А мы можем пойти с ним? — спросила Эллен Кристина.

Сигмунд кивнул. Теперь он был совсем бледным. Сив и девчонки уже направились к Роберту, а Сигмунд схватил Маркуса за руку.

— Я не хочу выглядеть, как она, — прошептал он.

— Ты и не будешь так выглядеть, — прошептал Маркус в ответ. — У тебя же будет только один пирсинг.

— Маленький пирсинг, — уточнил Сигмунд. — Мы же не собираемся переусердствовать?

Маркус покачал головой. Он понятия не имел, сколько колец и гвоздей Роберт обычно вбивает в своих клиентов, но в том, что у его жены было проколото все, что только возможно проколоть, не было никаких сомнений. Она была красивой. Скорее всего она была старше Сигмунда на семь-восемь лет, но с первого взгляда она казалась намного моложе. Голова ее была гладко выбрита за исключением черного гребешка, идущего от лба до затылка. Если бы Сигмунд был по-прежнему ироничным самим собой, он бы наверняка сообщил Маркусу, что таким гребешком замечательно можно оттирать пол. Теперь же он только смотрел вслед Сив недоверчиво и очень обеспокоенно.

Маркус насчитал всего шесть серег на безволосой части ее головы. Кроме того, на ушах было десять гвоздиков от мочек и вверх по всему уху, три маленьких колечка в одной брови, два — в другой, кольцо в одной ноздре и маленький цветочек на переносице. Еще у нее было кольцо в губе, и Маркус заметил гвоздик, блеснувший на языке, когда она сказала «привет». Именно этого пирсинга Маркус боялся больше всего, и он надеялся, что Роберт целует свою жену очень осторожно, чтобы не ослабела иголка, проходящая сквозь язык. Иначе получится кровавый поцелуй, может быть, даже последний. По телу Маркуса пробежали мурашки. У нее на одной только голове было двадцать пять проколов. Интересно, как выглядело остальное тело? На ней был свитер с высоким горлом и черные брюки, поэтому ничего не было видно. Маркус порадовался и за себя, и за Сигмунда. Тот медленно прошел мимо Маркуса, немного качаясь из стороны в сторону, будто его укачало на море.

Они вошли в комнату поменьше, больше походившую на кабинет врача. В стеклянных шкафах лежали шприцы, скальпели и маленькие инструменты, Маркус даже не понимал, как их можно использовать. Девочки сели за маленький круглый столик, на который Сив поставила чай и пирожные. Роберт стоял у одного из стеклянных шкафов. Когда вошли Маркус и Сигмунд, он обернулся.

— Привет, — сказал он. — Кто из вас Сигмунд?

— Он, — ответил Маркус. — Меня зовут Маркус Симонсен. Так меня зовут.

— А меня зовут Роберт, — сказал Роберт. — Приятно познакомиться.

— Нам тоже, — ответил Маркус.

— Хотите чая с пирожными, пока мы не начали? — спросил Роберт.

— Да, спасибо, — сказал Маркус, не евший с большой перемены.

— А ты, Сигмунд?

Сигмунд стоял рядом с Маркусом, уставившись на стеклянный стол, на котором лежал прибор, напоминавший толстую ручку с большим зарядом чернил.

— А это то, чем прокалывают дырки? — спросил он тихо.

— Нет, — сказал Роберт. — Этим мы делаем тату. Хочешь?

— Отличная идея, — сказала Эллен Кристина.

— Может быть, цветок на плече? — предложила Муна.

— Или имя, — сказал Маркус.

— Не сегодня, — ответил Сигмунд. — Мне просто любопытно, — объяснил он.

Маркус сел и взял протянутую Сив чашку чая.

— А ты не хочешь чая? — спросила она Сигмунда, который покачал головой, не глядя на нее.

— А где то, чем прокалывают? — поинтересовался Сигмунд у Роберта, доставшего небольшой полиэтиленовый пакетик. В пакетике лежала пластиковая гильза, а в ней что-то похожее на колющее оружие.

— Вот, — сказал Роберт. — Стерильно.

— Вот как. — Сигмунд неуверенно засмеялся: — Надеюсь, я не стану тоже стерилен.

Роберт засмеялся:

— Могу тебе это гарантировать. Садись. Нет, сюда.

Роберт выдвинул стул.

Сигмунд, направившийся к остальным, обернулся и обнаружил стул.

— Это стул для пирсинга? — спросил он.

Роберт посмотрел на мальчика с недоумением:

— То есть?

— Ну, ты здесь это делаешь?

— Делаю что?

— Прокалываешь?

— Иногда здесь. Иногда в других местах, — пояснил Роберт.

— Но ты хочешь, чтобы я сел сюда? — спросил Сигмунд.

— А ты не хочешь?

Сигмунд покачал головой:

— Я лучше посижу с друзьями.

— Тогда они могут взять стулья и придвинуться сюда, — сказал Роберт. — Только пусть не мешают.

— Мы не будем, — уверила Муна.

— Нет, — подтвердила Эллен Кристина. — Мы будем сидеть очень тихо и смотреть.

Девчонкам, очевидно, не терпелось увидеть процесс пирсинга, но еще больше им не терпелось увидеть Сигмунда с пирсингом. Маркус не был уверен, что ему хочется быть свидетелем этого процесса, поэтому он остался на месте.