Питер Пиццелли - Кухня Франчески

Лоретта положила трубку, уронила голову на подушку и моментально уснула.

Лоретта открыла глаза, не понимая, вечер сейчас или ночь. Ощущение времени совершенно утратилось. Она попробовала присесть в постели, но у нее закружилась голова, едва она оторвалась от подушки.

На краю постели сидела Пенни и испуганно глядела на Лоретту. Заметив, что она проснулась, Пенни провела ладонью по маминому лицу.

— Привет, мам, — сказала она, поглаживая ее по голове. — Я ждала, когда ты проснешься. Как ты себя чувствуешь?

Лоретта была так слаба, что у нее едва хватало сил не закрывать глаза.

— Ничего, я скоро поправлюсь, — простонала она. — Это всего лишь грипп.

Она оглянулась по сторонам:

— А где твой брат?

— Внизу, делает уроки.

— Уроки? — удивилась Лоретта. — С ним все в порядке?

— Да он в порядке, — успокоила ее Пенни.

— Хорошо. Не поможешь ли мне, сладкая моя. Принеси мне что-нибудь от простуды и заодно чашку с водой.

— Уже все готово и стоит на тумбочке, — ответила Пенни.

Лоретта приподняла голову и взглянула на тумбочку. Все, что нужно: экстрамощное болеутоляющее и жаропонижающее средство, чашка и даже заварочный чайник с чаем.

— Как это все здесь оказалось? — недоумевала Лоретта.

— Наверное, миссис Ка принесла, — предположила Пенни.

— Не может быть, — ответила Лоретта. — Я же оставила ей сообщение, просила не приходить сегодня.

— Значит, она его не получила, потому что пришла.

Пока Пенни наливала чай, Лоретта кое-как уселась в постели, открыла упаковку таблеток и высыпала две на ладонь. Чай уже остыл, и им приятно и вкусно было запивать таблетки. Лоретта смутно припомнила, как кто-то заботливо укрывал ее одеялом сегодня днем. В бреду и горячке ей почудилось, что это была ее мать. Теперь она понимала, что, должно быть, обо всем позаботилась миссис Кампаниле.

— Славные вы мои, да вы же, наверно, голодны? — слабым голосом спросила Лоретта.

— Нет, — ответила Пенни. — Миссис Ка приготовила нам ужин.

— А что она приготовила?

— Она сделала что-то наподобие пирога в сковородке, — объяснила дочь. — Запеканка или что-то в этом духе. Картошка, яйца и… еще лук.

— Хорошо, милая, — отозвалась Лоретта и зевнула. — Я опять посплю. Поставь будильник, чтобы я могла встать и помочь вам собраться утром в школу.

— Не беспокойся, мам, — сказала Пенни. — Под присмотром миссис Ка мы уже приготовили на завтра все необходимое.

— Миссис Симмонс, — позвала хозяйку Франческа, стуча в дверь. В руке она держала сумку с продуктами.

В ответ никто не отозвался. Франческа открыла сама и заглянула внутрь. Судя по всему, дома никого не было. Франческа недоумевала. Вчера бедная миссис Симмонс не могла даже встать с постели. Неужели Лоретта решилась пойти на работу в таком состоянии. Вдруг она услышала тихий звук, доносившийся сверху. Она прислушалась. Да, будто какое-то движение, затем все стихло. Слава богу, Лоретта дома.

Франческа сунула ключ за почтовый ящик и вошла в прихожую. Раздеваясь, она заметила, что школьных рюкзаков нет, значит, дети в школе. Подойдя к лестнице, Франческа посмотрела наверх. Она вспомнила, что вчера впервые поднялась туда, проверить, как чувствует себя миссис Симмонс. Конечно, в детских комнатах, как она и ожидала, царил жуткий кавардак: вещи, игрушки, обувь — все валялось где попало. Она лелеяла надежду, что со временем ей удастся навести хоть какой-то порядок в их комнатах. Но сейчас у нее были совершенно иные намерения, и не стоило понапрасну тревожить сон больной. Франческа прошла в кухню, поставила сумку на кухонную стойку и приступила к работе.

У себя дома она по привычке разговаривала сама с собой вслух за домашними делами. Справедливости ради, говорила она не столько с собой, сколько со своим покойным мужем Лео. Он давно перешел в иной мир, но по-прежнему оставался для Франчески внимательным слушателем, каким и был для нее всю их совместную жизнь.

Близился полдень. Франческа что-то бурчала себе под нос, как вдруг на лестнице раздался шум шагов. Она уже успела навести порядок в кухне и вымыть оставшуюся после детей грязную посуду. На плите на медленном огне доходил бульон с вермишелью и морковью. Вытерев руки о фартук, Франческа обернулась и увидела Лоретту, которая, едва войдя в кухню, устало опустилась на стул. Выглядела она ужасно — бледная, осунувшаяся, — на нее нельзя было смотреть без жалости.

— А, это вы, миссис Кампаниле, — слабо сказала Лоретта. — Мне послышался ваш голос. Вы с кем-то разговаривали по телефону?