Сьюзен Сассман - На диете

– Поверь, Барбара, я знаю, что делаю.

Сзади раздался хриплый голос Мака:

– И далеко вы живете, миссис Счастливая Жена?

– Достаточно далеко, – отозвался Кэмерон. – Тебе не дойти.

Костыли торопливо застучали по каменным плитам дорожки.

– И все-таки?

– И все-таки далеко! Тебе не дойти, так что отправляйся домой, а я провожу Барбару.

Отповедь явно не пришлась Маку по вкусу, и он проворчал:

– Ну, мне вроде полегчало. Дойду, пожалуй...

Мы остановились, поджидая его. Мак заспешил судорожными рывками, выбрасывая вперед костыли и с усилием подволакивая ноги. Видеть это было больно, я постаралась незаметно отвести взгляд.

– Только не спрашивай его ни о чем, – едва слышно предупредил Кэмерон. – И не пытайся помочь. А самое главное – ради бога, никаких знаков сочувствия!

– Э-э, – я поискала безопасную тему, – как насчет “Чикагских медведей”?

Кэмерон ухмыльнулся:

– Хорошая идея. Жаль только, футбольный сезон еще не начался.

– Ладно. Как поживает Мирна? И где, черт побери, потрепало твоего друга с таким сексуальным взглядом?

– Трудится. Отчетные заседания и официальные ужины. Ты же знаешь мою жену, командует целой кучей комитетов и обществ, и все они разом закрываются на лето.

– Как только она управляется со своими бесчисленными обязанностями? – Я прислушалась к шарканью Мака. – Похоже, ее сутки куда длиннее моих.

– Она с чем угодно справится.

Кэмерон был без ума от своей жены. Сара-Джейн отказывалась верить в такую неугасимую страсть. Год за годом она ожидала, что вот-вот скрытый нарыв прорвется скандальным разводом. Интересно, а как обо мне говорит Фрэнклин?.. С гордостью? С нежностью? И говорит ли он обо мне вообще хоть как-нибудь?!

Мак наконец доковылял до нас. Я невольно подавила в себе желание пригладить его влажные космы.

– Ну что? – прохрипел он.

– Осталось всего полквартала, – ответила я. Железные пальцы Кэмерона стиснули мой локоть и бесцеремонно поволокли меня вперед.

– Всего-навсего, – донесся сзади хрип Мака. – Забавная леди эта миссис Аверс!

Но в следующее мгновение снова сердито зацокали костыли.

– Неужто я похожа на морковку, за которой из последних сил тянется рысак?

– Рысак? Уж скорее мул. Такой же упертый. И кстати, от него лучше держаться подальше. Кусается. – Кэмерон втянул в себя воздух: – М-м-м... Чем это пахнет?

– Лепешками Софии. – В его глазах я уловила нескрываемый голод. Это чувство было мне знакомо. Слишком знакомо. – Так вы не ужинали?

Кэмерон смущенно развел руками:

– У нас с Маком сегодня холостяцкий вечер. Думали заказать пиццу.

– Тогда заглянем к нам и посмотрим, осталось ли что-нибудь на кухне. Кроме того, твоему другу явно не мешает передохнуть.

Мы уже подошли к дому. София не подвела. Даже армия кубинских революционеров не сумела бы прикончить такую гору еды. Все четыре конфорки полыхали адским пламенем. В чаду и брызгах раскаленного масла София парила над сковородами, превращая лепешки в шкворчащие хрусткие раковины. Рикки и ее подружка Сарна щедро наполняли их обжаренным со специями фаршем и передавали Джейсону, а тот со своим приятелем в четыре руки подкладывали нарезанные кубиками помидоры и нашинкованный салат.

– Посторонитесь-ка, – рявкнула я, изо всей силы грохнув дверью.

Рикки вскинула виноватые глаза:

– О, привет, мам. Здравствуйте, мистер Брэйди!

– Привет, ребята. – Кэмерон по-свойски расположился верхом на стуле во главе длинного стола, восторженно обозревая все это великолепие.

Я молча гремела тарелками и вилками, расставляя приборы для гостей и испепеляя Софию худшим из своих взглядов. Та упорно отворачивалась, не отлипая от плиты, – только упрямо задрала плечи в безмолвной укоризне. И впрямь, что она могла поделать? Рикки и Джейсон ей как родные. Надо же накормить несчастных изголодавшихся детей.

Моя новая религия казалась ей полной бессмыслицей. Как только иные обходятся без сахара, сдобы и жареного? И что заставляет их отказывать себе в таких безобидных продуктах? София была просто физически неспособна приготовить ту преснятину, какую заказывала я, так что мне пришлось самой взяться за стряпню. И с тех самых пор София с молчаливой покорностью наблюдала, как легкие и питательные блюда из репертуара “Заслона” (“Попробуйте, их полюбит вся ваша семья!”) нетронутыми перекочевывали с обеденного стола в холодильник, потом в самый дальний его угол, а оттуда – покрытые веселенькими крапинками плесени – в мусорное ведро.