Антон Тарасов - Подводные камни

Что-то не заладилось у Марины. Вернее, не у нее, а в ней. Она менялась — но она сама этого захотела. А что если это еще один шаг на ее жизненном пути? Ведь когда-то и не менее стремительно из легкодоступной малолетки она превратилась в дорогую во всех смыслах особу. Впрочем, нет, все это было совсем по-другому и при других обстоятельствах. Но ведь что-то потянуло ее к Волкову, что-то заставило попасть под его обаяние настолько, что мечты о деньгах несколько поостыли.

Стремительно менялись приоритеты, но в этом Марина боялась признаться сама себе. Перед Викой она и не думала стыдиться. Только ее давление и расспросы становились все более неприятными, как будто они были не лучшими подругами, а, скажем, коллегами по только-только открывшейся фирме не самого высокого полета.

— Знаешь, не нравится мне это все, — Марина говорила и внимательно следила за реакцией Вики. — То одно, то другое, то третье. Вроде шло все по плану, но вдруг оказывается, что одно не так, второе, третье.

— То есть, как это шло? — спросила и деловито закачала головой Вика. — Ты вообще в своем уме? Осталось совсем чуть-чуть, понимаешь? Еще немного потерпеть всю эту грязную работу, и ты вообще обо всем забудешь.

Будешь нежиться где-нибудь на море, меня с ребенком хоть иногда к себе приглашать погостить.

— Я не из-за работы, Вика, пойми ты это, в конце концов! Работа меня совсем не напрягает. Я тоже поначалу думала, что будет тяжело, все-таки работа домработницы это не подарок. Может быть, пару деньков и было трудно, но потом втянулась. Человек ведь ко всему привыкает. Вот и я привыкла, хотя и привыкать, особо, не пришлось. Хотя, привыкать пришлось к тому, что нету этих вонючих соседей с их вечными проблемами, очереди на кухне к плите и в туалет по утрам. И грязищи этой нет, стен ободранных. У Волковых я чувствую себя даже свободнее, чем было без них, до начала всей этой истории. Да, Вика, ну и затеяли же мы с тобой!

Марина почти пять месяцев была домработницей, получала довольно неплохую зарплату, но почти ни на что деньги не тратила, разве что платила за свою пустовавшую комнату и покупала какие-то мелочи, что-то из еды.

Впервые в жизни она тратила свои, честно заработанные деньги. Их она получила не за ночи, проведенные с мужчинами, многих из них Марина не знала даже как зовут. Она не выклянчивала их у своих ухажеров, не требовала с мужчин, что задерживались в ее жизни на более длительное время. Наконец, деньги эти даже не были сняты с банковской карты Бадри — те давным-давно были растрачены.

Эти заработанные своим трудом деньги чувствовались совершенно иными. Марина их старалась тратить не на то, что хочется, а на то, что было нужно и требовалось по ситуации. Это было непривычно на нее. В то, что она научится разумно распоряжаться деньгами, считать их, научится экономить — все это совсем недавно казалось непостижимым. Марина, если бы ей о таком сказали, рассмеялась бы, отпустила бы какую-нибудь полу приличную шутку и другими способами продемонстрировала бы то, что она выше всего этого, что живет она совсем в другом измерении.

Она угощала Вику разными вкусностями и коктейлями и сама за это все платила. И так во время каждой их встречи. Но, во-первых, инициатором встреч и походов по барам и ресторанам выступала сама Марина, а, во-вторых, эти траты она относила в разряд требуемых по ситуации. Потому что обсудить насущные проблемы и поделиться сокровенным ей было не с кем — с Волковым она так и не смогла заставить себя быть хоть чуточку откровеннее, хотя и понимала, что отчасти ей станет проще.

— Ты чего, Маринка, решила все бросить? — негодовала Вика.

— Не то, чтобы бросить, — вздохнула Марина. — Не знаю. У меня такое чувство, что я захожу босиком во вроде бы спокойное море, или в какое-то большое озеро. Впрочем, какая разница, вода она и есть вода. Захожу-захожу, дно ровное, песочек. И вдруг начинаю натыкаться на что-то, на подводные камни, их не видно и не знаешь о том, что они есть, пока не ступишь туда. Ногам больно, неудобно, а я все равно ступаю дальше. Чем все это закончится, непонятно. Но мне не по себе уже сейчас. И сдались мне эти его деньги! Познакомилась бы с мужиками где-нибудь в ресторане да заработала себе на жизнь немного. Заметь, заработала бы совершенно честно, ведь каждый работает, как он умеет. Прыгнуть выше себя невозможно.

— Но ведь таких денег, какие есть у Волкова, ты никогда не заработаешь. Слышишь? Никогда! Мы все это затеяли ради того, чтобы ты в люди выбилась. Ведь с деньгами-то ты человек, а без денег не пойми кто. Так, офисный планктон в лучшем случае, — Вика говорила явно о наболевшем.